3-й поединок 1-го этапа Осеннего кубка

6 сентября 2017 - Александр ПАН

ГОЛОСОВАНИЕ ЗАКОНЧЕНО

ПРОСИМ АВТОРОВ И ГОСТЕЙ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В ДИСКУССИИ

 

 

Вечер в бильярдной

София

 

Она получала удары сильного мужниного кулака непрерывно, больно, везде. Первый ослепил её, резанул по носу, глазам, сразу из обеих ноздрей потекла кровь. Упала, не поняв, что происходит, ощутила страшную боль в боку, груди, животе. Игорь что-то кричал, бил ногами с остервенением, она пыталась закрыть лицо и голову, но не могла, потом провалилась в темноту, всё как-то отступило, смолкло, стало пусто. Где-то далеко кричала свекровь, сознание мутнело, пыталась облизать опухшие губы, но язык не слушался, чувствовался горячий вкус крови. Темнота.

Ощущение невесомости. Сколько времени прошло? Почему так режет глаза свет? И они не могут открыться? Боль. Боль везде. Белый потолок, чей-то шепот. С трудом поворачивает голову — рядом сидит её Игорь, закрыл лицо руками. Что это, как, за что? Память медленно возвращает её в тот день.

 

— Людок! Я с ребятами в бильярд, вернусь поздно, вы спите, завтра с детьми на природу!

Игорь Князев был весел, свеж, натягивал на себя джинсы, подпрыгивая, застёгивал пуговицу на поясе. Люда хлопотала на кухне. Жили они дружно и в достатке. Она не работала, сидела с детьми дома. Дочка была постарше, а маленькому сынишке недавно исполнилось два года. Люда была хорошей хозяйкой, души не чаяла в муже, крепко держала своё бабье счастье в руках, берегла его. Таким семьям обычно завидуют как неудачники, так и подруги. У Игоря был свой бизнес – колбасный цех, мать помогла, он оставил службу в полиции. Легко решал все проблемы, были связи и знакомства. Высокий, крепкий, с юмором, весь в мать.

 

Мать его, Людмила Ивановна, жила свободно и с радостью. С отцом Игоря разошлась давно. Решительная, волевая, имела свой подпольный швейный цех. И ум, и обаяние, и хватка — было всё, только годы, а их настучало уже пятьдесят, проклятые годы, летели как стрелы индейцев на тропе войны. Людмила никогда не была без мужчины. Они так и липли к ней – удачливой, красивой и денежной. Но она умела выбирать. Ровесников не любила, считала их старыми, без куража, признавала только лет на десять-пятнадцать младше себя, да и здоровья у молодых побольше было. Влюблялась отчаянно, со всеми африканскими страстями. Так и влюбилась в дежурного по отделу тридцатипятилетнего старлея Иваненко. Он удивился выбору Князевой, не ожидал, сначала думал и смущался, а потом не отказался. Встречались они тайком, стараясь не вызывать лишние разговоры, да и перед сыном Игорем ей было неудобно.

Князевы — младшие любили приезжать к ней в гости, как и в этот раз. Игорь решал свои дела с компаньонами, встречался с прежними друзьями-сослуживцами. Многие завидовали ему, но побаивались портить отношения, хотя и мечтали втайне навредить.

 

Костовский служил в полиции уже пятнадцать лет. Была мечта – стать начальником райотдела, но судьба не дарила ему такого счастья, что-то постоянно мешало и не клеилось. С первой семьёй не заладилось, встретился с новой любовью и перевёлся с ней в другой отдел. Мечтал всё начать заново, хорошо, решительно, но Галка любила выпить и повеселиться, а служила в прокуратуре, и он закрутился с ней в приятном времяпровождении. Райцентр маленький, все на виду, скоро его жизнь уже не была тайной. Приятные привычки мешали ему, но остановиться он не мог. Князева знал хорошо, даже считал его своим другом, но завидовал и полагал, что тому несправедливо везёт. Порой какая-то злость и зависть поглощали его. Хотелось навредить и одёрнуть везунчика, но как-то всё не получалось.

 

Эта пятница у Костовского не удалась. Два дела вернули на доследование, руководство было недовольно. Достав пачку сигарет, он пошёл в курилку. Открыв дверь, он услышал громкий хохот, капитан из отдела о чём-то громко рассказывал и показывал в лицах. Костовский прислушался.

— Я пригляделся, а это Князева с Иваненко в своей машине (тут он понизил голос и что-то тихо произнёс). Дружный хохот прервал повествование. Костовский напрягся. Вот это новость! Жена Игоря изменяла тому с Иваненко! И об этом знает весь отдел! Сердце затрепетало. Пробил час! Захотелось немедленно, сразу, сейчас увидеть лицо Князева, сообщить ему по-дружески, по-мужски это известие, насладиться его растерянностью, удивлением. Унизить и проникновенно пожалеть. Но! Костовский сдержался. После обеда – бильярд! Там-то он, невзначай и сообщит обо всём рогатому другу!

 

Вечер в бильярдной был обычно приятным. За исключением небольшого недоразумения – после разговора с Костовским Князев бросил кий на пол и вышел за дверь.

Подняв кий, Костовский продолжил игру...

 

Людмила Ивановна вернулась домой совсем поздно и в отличном настроении. Перед глазами мелькали сцены её романтического свидания с молодым старлеем…

 

 

 

Волшебный пузырь

Анна Птаха

 

«Когда-то давным-давно жила-была маленькая девочка. Она была не совсем обычной девочкой (обычные девочки только и делают, что играют в куклы). У нее, как у всех, конечно, были подружки, и иногда она бегала с ними на улице, тоже играла и шалила. Еще она читала книжки и рисовала картинки. Но больше всего на свете она любила пускать пузыри… Нет, нет, нет, вовсе не такие, какие пускают младенцы, пытаясь произнести первое слово. Больше всего она любила пускать мыльные пузыри. (Правильнее всего было бы сказать: выдувать, но мы почему-то говорим: пускать, наверное из-за того, что запускают ракеты, проекты, отпускают на свободу… в общем «пуск» — это что-то великое.)

Пока пузырь надувался, она придумывала для него историю, а когда отрывался и летел, любовалась им и наблюдала за его жизнью. Иногда жизнь чудо-шарика была слишком короткой. Никакая история не успевала к нему прилипнуть. А иногда точно такой же шарик жил долго-долго. Тогда, бывало, он улетал от своей создательницы так далеко и высоко, что девочка теряла его из виду. Счастливчики эти оставались жить вечно, надежно склеенные каждый своей неповторимой историей. За таких пузырей девочка очень радовалась, что придавало им сил и по-настоящему окрыляло. Каждый обретал свое место под солнцем и имел значение. Хотя, надо сказать по правде, такие пузыри чаще рождались в облачную погоду, лишь изредка играя то одним, то другим боком в слабых лучах светила, переливаясь и радуя окружающих. Но чаще, когда история бывало уже прилипнет к своему пузырю, он неожиданно натыкался на какое-нибудь препятствие и лопался на виду у своих собратьев. Такие пузыри было очень жалко, ведь их истории погибали вместе с ними.

Девочка часто так увлекалась своим занятием, что не замечала ничего вокруг.

 

Один большой пузырь «не первой свежести» (то есть, как раз — один из счастливчиков) поднялся высоко вверх и потерялся в пространстве из голубых волн и белых островков. Пролетев метра три, попал под нисходящий поток воздуха и оказался у калитки. Мимо нее проходила молодая женщина лет двадцати восьми, любимая девочкой, милая Верочка. Она увидела пузырь, приостановилась и задумчиво засмотрелась на него. Он был красив и с вызовом отливал волшебно-замечательной жизнью. Вдруг к нему откуда ни возьмись один за другим подлетели еще два маленьких пузырика. Они вертелись вокруг своей оси, спорили друг с другом, а потом с размаху столкнулись, прилипли к своему старшему товарищу и глянцевый пузырь лопнул, так и не долетев до женщины. Очнувшись от наваждения, она грустно вздохнула и, опустив глаза, пошла дальше.

Другой "путешественник" подлетел к мужчине лет сорока, который прореживал загустевшую яблоню. Это был сосед, дядя Сережа. Увидев пузырь, он улыбнулся. Удивительный шар напомнил ему радугу надежд, устремлений и желаний, которая играла всеми красками на заре жизни… Пузырь, подлетая ближе и желая вновь подарить волшебную радугу, встретил на своем пути множество мелких колючих веток, но достаточно было всего одной – самой первой и самой колючей… пузырь лопнул, но брызги от него долетели до мужчины и порадовали его еще больше, все-таки донеся до него крупицы разноцветного счастья.

Баба Клава, женщина лет пятидесяти, пришла к маме. Подходя к крыльцу, она повстречала целую стайку чудо-пузыриков, но даже не заметила их. Чуть споткнувшись, она взмахнула рукой, в которой держала какую-то тряпку, и стайка перламутровой радости пала от неожиданной встречи куска материи с неторопливым воздухом, который вдруг уплотнился, закрутил и сжал в свой кулак окружающее пространство.

И только девочка жила с волшебными пузырями одной жизнью. Все они для нее еще долго оставались живыми. До тех пор, пока она не научилась разочаровываться, падать духом и не доверять миру…»

 

Мама закрыла книжку. Маняша сидела глубоко задумавшись. Мама обняла ее и поцеловала.

— Знаешь, мама, я решила, что никогда не буду учиться разочарованиям,- твердо и тихо сказала Маня, — я хочу, чтобы мои пузырики жили всегда, до самой смерти...

Мама улыбнулась и погладила Маняшу по голове. В это время в комнату вбежала старшая сестренка вместе с собакой Лялькой. Обе крутились, как две юлы. Создавалось такое впечатление, что они соревнуются: кто произведет на свет больше шума. Лялька лаяла, а Зоя заливисто смеялась не переставая кривляться и дразнить Ляльку. Следом за ними в дверях показался отец. Он стоял неподвижно и зачарованно смотрел на своих девчонок. Вдруг, хитро прищурившись, махнул рукой и, сделав шаг, сгреб всех в охапку, затем, оставив в своих руках одну Маняшу, подкинул ее чуть ли не до потолка, поймал и промолвил: «Айда все вместе пускать мыльные пузыри!!»

Высыпав на крыльцо честная компания на миг задержалась между двумя мирами. Каждый, улыбаясь, посмотрел на небо. Оно мягко переливалось голубым и перламутрово-бирюзовым, то тут, то там быстро перемещались струйки белой пены, непрерывно изменяя свои очертания. Высоко, словно через невидимую глазу пелену, светило точкой солнце, разливаясь на все пространство. В лучах этих играли деревья, резвились птицы и пели травы.

 

Рейтинг: +9 Голосов: 9 435 просмотров
Комментарии (69)

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования