2-й поединок четвертьфинала

24 апреля 2017 - Александр ПАН

2-й поединок четвертьфинала

ГОЛОСОВАНИЕ ЗАКОНЧЕНО

ПРОСИМ АВТОРОВ И ГОСТЕЙ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В ДИСКУССИИ

 

Второй поединок четвертьфинала. Встречаются рассказы «Искусственное дыхание» и «Круиз».

Также продолжаем читать и голосовать за рассказы первого поединка.

Итак:

 

 

Искусственное дыхание

Гузель Рахматуллина

 

— Иванов, срочно к начальнику управления, — из громкоговорителя, висевшего в коридоре, послышался голос оперативного дежурного Нечитайло.

Командир батальона патрульно-постовой службы Кировского отдела полиции Управления МВД России по г. Энску Иванов Олег Степанович, уютно расположившийся в рабочем кресле для того, чтобы пообедать, от неожиданности чуть не поперхнулся бутербродом с колбасой. С неохотой отодвинул от себя кружку горячего кофе, поправил галстук на вороте форменной рубашки и пошел к начальнику. Вызов по громкоговорителю в кабинет босса не предвещал ничего хорошего.

— Разрешите, товарищ полковник?

— Это что такое? Что ты мне принес? Сам-то читал или голову дома забыл? – полковник Евстигнеев просто рвал и метал, бегал по кабинету и размахивал служебной проверкой, которую вчера Иванов оставил для утверждения.

Комбату, слушавшему начальника, казалось, что он стремительно уменьшается в размерах, и, наконец, когда он с высоты ста девяносто двух, скукожился до ста семидесяти сантиметров роста полковника в фуражке, он робко произнес:

— Товарищ полковник, что не так?

— Что не так?!!! Читай, вслух!!! На!!!- Евстигнеев швырнул на стол документы служебной проверки об отсутствии на работе в течение трех суток рядового Синичкина В.А.

— Заключение…

— Объяснение бойца своего читай, командир, господи, прости меня! Место вам с Синичкиным в коровнике, на колхозной ферме!

Иванов, дрожащими руками, нашел объяснение Синичкина В.А. Он никак не мог понять причины гнева своего руководителя, потому что вчера вечером спешил на футбольный матч, потом вдруг вспомнил, что не сделал проверку по факту прогула Синичкина В.А. Срочно вызвал прогульщика, заставил написать объяснение, а сам в это время быстренько подготовил заключение служебной проверки по старому шаблону, заменив фамилию Егорова на Синичкина. Опус бойца по поводу трехдневного прогула, не читая, приложил к материалам проверки, которые оставил в папке для подписи в приемной полковника.

— Объяснение на имя, на ваше имя, товарищ полковник…

— Не беси меня, Иванов, вслух читай, — побагровел полковник и еще больше стал оправдывать свое подпольное прозвище: Синьор Помидор.

Комбат, заикаясь от волнения, продолжил:

 

— Поясняю, что 19 мая около 10 часов утра, после суточного дежурства, я поехал на пригородном автобусе «Энск-Загорск» к себе домой. Выйдя на остановке Подлубное, сошел с трассы и пошел по проселочной дороге по направлению к деревне Апрелевка. Возле продуктового магазина «Надежда», решил сократить дорогу через заброшенную усадьбу, ведущую прямо к моему дому на ул. Веселая, 12. Путь сократил умышленно, так как хотел захватить врасплох соседскую козу Машку, повадившуюся в мой огород объедать капусту.

На территории заброшенной усадьбы увидел незнакомого мне мужчину. Он был высокого роста, здоровый, одет в джинсы синего цвета и клетчатую рубашку. Незнакомец лежал на спине и не двигался. Мне показалось, что он не дышит.

Помня о своем служебном долге, о котором на каждом разводе и в рамках служебной подготовки нас инструктирует командир батальона Иванов, я не прошел мимо, несмотря на то, что суточное дежурство было очень напряженным, страшно хотелось спать и весь мой уставший организм практически штормило.

Я подошел к мужчине и пощупал у него пульс. Пульса не было! Тогда попытался определить, есть ли у последнего сердцебиение. Сердцебиение также обнаружено не было, а вот в моей голове, товарищ полковник, стучало, как отбойным молотком, как на следующий день после дня полиции. Но я собрался, взял себя в руки.

Еженедельно, по вторник у нас в отделе регулярно проводятся занятия по служебной подготовке, где нас учат не только стрелять, но и оказывать людям помощь в самых экстренных ситуациях. На днях комбат Иванов показывал на манекене, как нужно делать искусственное дыхание.

К слову, товарищ полковник, пострадавший мужчина был внушительных размеров. Был похож на лежачего полицейского, которого нам сделали пьяные дорожники перед самым мостом через речку Быстринку в позапрошлом году. Они немного не рассчитали, и теперь этот лежачий полицейский служит деревенским гонщикам трамплином, теперь, товарищ полковник, мостом через речку никто не пользуется, потому, как через речку просто перелетают, как в художественном фильме с участием Роберта де Ниро «Роман с камнем».

Но, докладываю вам по существу. Я понял, что будет трудно сделать пострадавшему искусственное дыхание, потому что сам я роста небольшого. До того, как я поступил на службу в полицию, меня в деревне все дразнили заморышем, а теперь, увидев в полицейской форме и фуражке с кокардой, величают уважительно: товарищ Заморыш.

Пришлось взобраться на пострадавшего и сесть на него верхом. Я полностью расстегнул рубашку незнакомого мужчины и ремень на брюках, чтобы ослабить давление одежды и открыть доступ свободному дыханию. После этого стал делать искусственное дыхание по методу «рот в рот»: зажал нос пальцами и начал вдыхать воздух в рот умирающего, периодически надавливая ему ладонями на грудь.

Через несколько минут я почувствовал, что мужик возвращается к жизни. Обрадовавшись, что мои действия небезрезультатны, я усилил интенсивность вдохов.

Мужик подо мной начал подавать признаки жизни, попытался взбрыкнуть, но я с силой сжал его коленями и продолжил массировать грудь в области сердца.

Придя в себя, только что умиравший мутант, открыл глаза, и. увидев меня, продолжавшего его реанимировать, вместо благодарности за спасенную жизнь, больно укусил за язык. После чего, с криком: «Мент поганый, грязный извращенец!» — скинул меня на землю, вскочил и стал наносить удары руками по различным частям тела.

Чувствуя, что силы наши неравны, а табельное оружие после дежурства сдал, я, задыхаясь, добежал до своего забора и втиснулся в щель, проделанную в прошлом году соседской козой Машкой, объедавшей все лето на нашем огороде капусту. Впервые за последние два года, товарищ полковник, я вспомнил это вредное животное добрым словом, потому что оживший мужик бежал следом за мной, но в Машкин лаз не вписался из-за больших габаритов, снес наш забор, а заодно штакетник, а также сетку-рабицу соседей Петровых и Селиверстовых. Я успел заскочить домой и закрыться изнутри на засов. Набравшийся сил после моей реанимации мужик, стал колотить в дверь и разбудил задремавшую в сенках, на диванчике бабу Феклу. Бабушка последние десять лет практически не слышала и страдала провалами в памяти. Воевавшая в молодости в партизанах, баба Фекла, решив, что на нашу деревню напали немцы, схватила старое делово ружье и открыла огонь на поражение. Пришлось амбалу ретироваться обратно уже знакомым ему путем и снимать стресс настойкой боярышника, купленной из-под полы в Надькином магазине.

После неблагодарного поведения спасенного, от попавшей инфекции, к вечеру распух мой, укушенный этим гадом, язык. Три дня, товарищ полковник, я не мог разговаривать, потому что язык во рту он уже не помещался.

Кроме того, спасенная мною сволочь, напившись спиртовой настойки, сидя у магазина, разнесла по всей деревне сплетни, что я, находясь при исполнении служебного долга, в форменном обмундировании, покушался на его честь и достоинство и грозился обратиться с иском о возмещении морального вреда к местному участковому Степановичу.

Из-за гнусного поклепа, в виду своего болезненного состояния после спасения амбала, я не смог объяснить своей невесте Кате Смирновой, что имею нормальную ориентацию и не интересуюсь лицами мужского пола. Теперь, товарищ полковник, у меня нет невесты. Я не могу спокойно пройти по родной деревне, потому что то и делу слышу за своей спиной шепот сплетников и их гомерический хохот.

К объяснению прилагаю справку из медпункта о получении уколов от столбняка и бешенства, которые мне после случившегося сделала наш фельдшер Арина Степановна. Кроме того, я, практически онемевший, прослушал ее лекцию о профилактике СПИДа и группе риска.

Товарищ полковник, дорогой Михаил Иванович, прошу перевести меня для работы в другую местность, а также выписать в благодарность за спасение человека премию для ремонта своего и двух соседских заборов.

 

 

 

Круиз

Александр Dalahan

 

— Капитан, Ваш кофе!

Белая круизная яхта "Эрнест Х" класса XXL-Круиз с тремя трансцендентальными маршевыми двигателями и черной полосой по борту, еще неделю назад заправившись топливом, провиантом и выпивкой на планете XJ55-47G звездной системы UU-Гелиос, медленно фланируя в сторону базы КДС (контрольно досмотровой службы) планеты UK15 системы GPS-Гладиолус, прошла дальний пеленг, и готовилась к посадке на один из его терминалов.

– Благодарю Вас, Мери.

Капитан яхты, бравый астронавт Хьюго Левицки по прозвищу Меченый (правую щеку Хьюго прорезал глубокий шрам – результат столкновения с астероидом) курил трубку, сидя в кресле у головной панели управления яхтой, и зачем-то вглядывался в звездный пейзаж, открывающийся впереди в большом лобовом иллюминаторе. Первый пилот Генри играл в покер с корабельным вычислителем в штурманской кабине. Второй пилот Освальд заступил на вахту в агрегатном отсеке.

Стюардесса Мери разносила кофе.

– Мисс Мери, вам какой терминал на UK15 больше нравится: Спайс Кити или Мэд Лола?

Мисс Мери – головокружительного вида стюардесса со строгими красивыми чертами лица и очень обаятельным выражением — имела четыре года летного стажа, но уже умела все (о чем ее до сих пор просили). Хьюго ценил Мери, и имел обыкновение консультироваться с ней по разным вопросам.

– Мэд Лола, Капитан. На Спайсе все очень дорого. А на Мэд Лола бригадир КДС Конрад Белл – милейший человек — нникогда не досматривает мою сумку. И там есть отличный данс-холл.

– Вы имеете в виду клуб-притон в большой ледяной горе?

– Милое местечко, Капитан. Прошлый раз я там неплохо развлеклась.

– Пусть будет так. Садимся на Мэд Лола… Но как быть с теми двумя типами с огромным контейнером? У них то билеты до Спайс Кити.

 

Двое подозрительных субъектов подсели на яхту еще на Кентавро-Квин. C большим багажом — согласно декларации, научного оборудования. Но нюх Хьюго безошибочно распознал марихуану.

Только, капитан не имел привычки лезть не в свои дела, тем более что сам частенько баловался контрабандой.

 

– Купим им билеты на гравибот до Спайс Кити, — предложила мисс Мери, — Если их с таким грузом не арестует досмотровая.

– И нас вместе с ними.

– А нас-то за что? Мы не отвечаем за багаж пассажиров.

– Уговорили… Мисс Мери, как у нас дела на яхте?

– Прекрасно! Если не обращать внимания на заскоки генератора искусственной гравитации.

– А что с ним?

– Включается-выключается. Вы не замечаете?

– Я, мисс Мери, летаю уже очень давно. И не замечаю подобных мелочей.

– А я вот замечаю. Особенно, когда варю кофе — он любит полетать по камбузу. И… молодожены из третьей каюты жалуются. Говорят, перебои с гравитацией портят им медовый месяц.

 

Хьюго послал мысленный сигнал на пульт управления связью и вызвал второго пилота:

– Освальд!

– Слушаю, Капитан!

– Что у нас с генератором гравитации?

– А что с ним, Капитан?

– Мисс Мери жалуется.

– Да-а?.. А-а! Так это метеорит. Еще на Альфа-Тривилоне протаранил обшивку и застрял в силовом агрегате.

– Рад наконец-то это услышать, Освальд! Немедленно уберите его оттуда и все почините! Я не собираюсь садиться с аварийным силовым агрегатом!

– Ну-у… Для этого придется выйти наружу, Капитан.

– Что Вы говорите?! Так, выйдите! Черт бы вас!

– Для этого придется одевать скафандр...

– Неужели?! А я думал, Вы так сбегаете!

– Э-э… Вас понял, Капитан! Будет сделано!

– Надеюсь!

 

Пройдя дальний пеленг, яхта уже входила в посадочный фарватер, и чистый пейзаж дикого первозданного космоса прорезался навигационными бакенами и непотребным мусором.

– Вот, мисс Мери, — мрачно констатировал Хьюго, — насколько приятен полет в просторах открытого космоса, и насколько мерзко возвращаться в клоаку цивилизации!

– Вы категоричны, Капитан. Во всем свои прелести.

– Вы так думаете?

 

Тут в громкоговорителях рубки раздался пронзительный голос миссис Хайдис из десятой каюты:

– Я не потерплю этого, Капитан Левицки! В круизном проспекте мне обещали показать красоты космоса! А что показываете мне вы?!

– Потерпите, мадам. Мы заходим на посадку.

– Нет, Капитан Левицки! Я заплатила большие деньги и имею право требовать выполнение обещаний! А мне обещали показать Созвездие Фиалок! Где оно?

– Спокойно, мадам. Мы произведем маневр, и я обещаю показать вам Созвездие Фиалок. Пройдите пока в кают-компанию. Мисс Мери предложит наш фирменный ликер. Когда вернетесь к себе – увидите то, что вам обещали. Да, и приготовьтесь выбрать самую красивую звезду — межгалактический астрономический совет обязательно присвоит ей ваше имя. Как активной участнице космических круизов. Красиво будет звучать: Звезда Хайдис!

 

Хьюго отключил связь с пассажирскими отсеками:

– Мери, идите — отвлеките ее минут на пятнадцать… Освальд!

– Слушаю, капитан!

– Вы уже починили силовой агрегат?

– Да, Капитан! Метеорит извлечен. Агрегат заменен. Снимаю скафандр.

– Одевайте обратно и возвращайтесь наружу!

– Что нужно, Капитан?

– Прикрепите на иллюминатор десятой каюты монитор. Поставьте рекламный ролик туристической компании Космик Хепи с видом Созвездия Фиалок… Только не с порно-фильмом из вашей коллекции!!!

– Зачем, Капитан?

– Миссис Хайдис не терпит космического мусора. И ей обещали показать Созвездие Фиалок.

— А оно существует?

– Понятия не имею, Освальд! Я не астроном!

 

Разобравшись с делами, Хьюго облегченно вздохнул, допил кофе и запустил голограмму не пройденной игры "Космик Цивилизейшин. Релиз1256.", где он застрял на покорении далекого звездного скопления HD1200, населенного дикими аборигенами, не признающими финансовых отношений и социальных форм правления. Войдя в игру, он уже, было, дошел до апогея своей проповеди собравшимся на астероиде вождям племен о светочи человеческой мысли, бесплатно даруемой диким космическим народам, когда в громкоговорителях вновь раздался злой, раздраженный голос.

На этот раз это был пассажир из седьмой каюты. Некий мистер Крони.

Охотник за… космической плесенью.

 

– Капитан Левицки! Я буду жаловаться на вас в ассоциацию круизных яхт!

– Что случилось, мистер Крони? Чем я так прогневил Вас?

– Вы уже два месяца мотаете меня по глухим закоулкам космоса! Но я так ни разу и не поохотился! Вы знаете, сколько я заплатил турагенству за специальное охотничье ружье?!

– Вы имеете в виду охоту на космическую плесень?

– А на что еще?! Но вы все время ходите там, где ее нет! Это либо злой умысел с вашей стороны, либо полное несоответствие рангу капитана круизной яхты. Вам принести сборник туристических проспектов, чтобы Вы немного подняли свой уровень знаний о космосе?

– Не стоит, мистер Крони. Обещаю, сейчас у вас начнется настоящая охота. Космическая плесень любит места близкие к планетам богатым на отходы цивилизации. Как раз такое место мы сейчас пролетаем. Будьте на чеку! Приготовьте ружье и наденьте охотничий скафандр. Надеюсь, Вы приобрели его?

– Не держите меня за дурака! Конечно же, приобрел.

– Не сомневаюсь, что самый лучший и надежный. Удачной охоты, мистер Крони!..

 

— Освальд!

– Слушаю, Капитан!

– Где Вы?

– Произвел установку монитора на иллюминатор каюты номер десять. Запись с видом Созвездия Фиалок активирована. Переодеваюсь и приступаю к несению вахты.

– Отставить! Захватите мешок муки и отправляйтесь к иллюминатору каюты номер семь.

– Зачем, Капитан?!

– Будете распылять муку на иллюминатор.

– Это так пекут космические блины, Капитан?

– Нет! Так ублажают идиотов. Сделайте то, что я Вас прошу. Но будьте осторожны! В иллюминатор не заглядывайте!..

 

— Генри!

– Да, Капитан!

– Загерметизировать каюту номер семь! Там сейчас начнут стрелять.

 

– Капитан, это Мери. Пассажиры жалуются, что по обшивке корабля кто-то ходит.

– Успокойте пассажиров, мисс Мери. Скажите: мы попали в метеоритный дождь — это неопасно.

 

"Итак, господа дикари! Вернемся к нашим баранам. Мы остановились на том, что человечество несет благо цивилизации в отдаленные уголки космоса в виде достижений научно-технического прогресса и передовой философии..."

 

– Капитан! Говорит первый пилот Генри Браун. Мы прошли ближний пеленг. Начинается снижение и вход в атмосферу планеты UK15. Через минуту будет отключен генератор искусственной гравитации.

– Хорошо, Генри. Скажите мисс Мери, чтобы она оповестила пассажиров. Пусть займут места в посадочных креслах и пристегнуться.

– Я не могу с ней связаться, Капитан.

– Тогда оповестите пассажиров сами.

 

Хьюго застегнул на себе кресельные ремни и вернулся к голограмме:

"Прошу простить, господа вожди! Нас отвлекли..."

 

– Капитан! Ваш кофе.

В рубку вошла мисс Мери с чашкой дымящегося кофе.

 

– С коньяком, как вы любите.

– Мисс Мери, почему вы отключаете переговорное устройство?

– Оно мешает мне слушать музыку.

– А что Вы слушаете?

– Вам не понравится.

– К вашему сведению, мы садимся, и сейчас будет отключен генератор гравитации.

– И вы не успеете выпить кофе?

– Боюсь, что нет.

10… 9… 8… 7...

 

– Мисс Мери! Не хватайте меня за волосы!

– А за что я должна хвататься, Капитан?!

Мимо носа Хьюго проплыл большой пузырь кофе по-турецки, пахнущий коньяком. Вслед за ним чашечка с блюдцем. А потом перед его глазами заколыхался бюст мисс Мери, едва скрываемый форменной рубашкой.

– Вы так и будете плавать передо мной, мисс Мери, вцепившись мне в волосы?

– А Вы предлагаете мне зависнуть под потолком и дрыгать там ногами?

 

Яхту стало потряхивать.

– Капитан! Говорит Генри Браун. Пройден приводной пеленг терминала Мэд Лола. Мы входим в плотные слои атмосферы. Через три минуты начинаю торможение.

 

В этот момент яхту затрясло сильно.

Хьюго глянул в боковой иллюминатор и увидел проносящийся мимо пассажирский лайнер-гигант Титаник.

В громкоговорителях раздался незнакомый голос:

– Яхта "Эрнест Х"! Вызывает капитан лайнера Титаник, Чак Медисон.

– Приветствую Вас, капитан Медисон! Я Хьюго Левицки – капитан яхты "Эрнест Х".

– Капитан Левицки. Желаю Вам удачной посадки. Но у вас сзади что-то болтается!

– Сзади? Сейчас посмотрю.

Хьюго попытался оглянуться, но держащаяся за его волосы летающая мисс Мери сковывала движения его головы.

 

– Я не могу посмотреть, капитан Медисон! На мне стюардесса. Она схватила меня за волосы и не дает работать.

– Что?! Что у Вас там происходит?!

– Все нормально, капитан Медисон! Ситуация под контролем.

– Тысяча астероидов, Левицки!!! Повторяю, у Вас сзади что-то болтается! Сзади Вашей Яхты!!! Не сзади вас! Впрочем… Конец связи!

 

– Мери. Что у нас сзади яхты может болтаться?

– Откуда я знаю, Капитан! Спросите у Генри.

 

– Генри!

– Торможение, Капитан, начнется через две минуты!

– К черту торможение! Что там у вас болтается сзади?

– Сзади? Сейчас посмотрю.

– Отставить "посмотрю"! Не сзади Вас, а сзади яхты!

– Яхты? А что там может болтаться, Капитан?

– Это я вас спрашиваю, Генри! Мне только что сообщил об этом капитан Титаника.

– А-а! Так это Освальд!

– Освальд?! Какого черта?! Он разве не вернулся внутрь?

– Нет, Капитан! Решил снаружи подождать Ваших дальнейших распоряжений. Чтобы не снимать и не надевать лишний раз скафандр. Прозевал момент вхождения в атмосферу – вот его и сорвало!

 

– Освальд! Освальд! Вы меня слышите?!

– Он вас слышит, Капитан. Но боюсь, что не может ответить.

– Что за ерунда?!

– Капитан, мы получили новые скафандры и еще не разобрались, как в них включается обратная связь.

– Кретины!.. Освальд! Если Вы меня слышите, нажмите большую круглую кнопку – повторяю, круглую! – под большим пальцем правой ноги!

– Хр-р… хр-р… Второй пилот Освальд слушает, Капитан!

– Вы идиот, Освальд!

– Сами вы… Так точно, Капитан!

– Мы садимся! Включайте аварийную автономную посадочную систему скафандра!

– Это как, Капитан? Я читал мануал на скафандр, но...

– Замолчите и слушайте! Когда начнется торможение...

– А когда оно начнется?

– Вас кинет на яхту! Так вот. Когда вас начнет стремительно приближать к яхте, нажмете квадратную кнопку под большим пальцем левой ноги.

– Ясно!

– Включится система индивидуального торможения скафандра. И когда мы будем уже почти у самой поверхности...

– А когда мы у нее будем?

– Металлические бляхи на вашем скафандре раскалятся и начнут плавиться, Освальд! Так вот, нажмете тогда квадратную кнопку под средним пальцем все той же левой ноги!

– Под каким пальцем, Капитан?

– Под средним! Третьим слева!!!

– Понял, Капитан!

– И включится система индивидуальной посадки!

 

– Капитан! Говорит пилот Генри Браун. До включения тормозных двигателей осталось десять секунд.

 

– Мисс Мери. Вы очень эротичны в ваших попытках застабилизироваться в пространстве, схватившись за мою голову. Но сейчас начнется торможение, и Вы рискуете вылететь в лобовой иллюминатор.

– Благодарю за комплимент, Капитан. Но что прикажете мне делать?

– Для начала, отпустить мои волосы. Иначе… мы вылетим оба.

– Вы очень любезны. Но я-а-а-а-а-а… !!

 

Яхту тряхнуло.

Вырвав клок волос с головы Хьюго, мисс Мери полетела вперед и, распластавшись на лобовом иллюминаторе, полностью закрыла собой видимость.

Придя в себя после болевого шока, Хьюго констатировал: "Опять придется садиться вслепую".

 

**

 

В главном терминале Мэд Лола под несколькими слоями самовосстанавливающегося защитного купола располагались таможенные секции, секции оформления курсовых документов, багажное отделение, магазин дьюти-фри, зал ожидания и бар, приютившийся в зарослях экзотического садика с фонтанами. За одним из столиков бара в компании двух других офицеров коротал свободное время бригадир местного КДС капитан первого ранга Конрад Белл – седоволосый импозантного вида мужчина со строгим, но не лишенным душевности, выражением лица. Офицеры писали пулю, потягивая коктейль из коньяка, смешанного с соком местных банано-ананасов.

 

Бригадир мизерился, и дело шло к прицепу в пять грузовых отсеков, когда вверху вдруг что-то загрохотало, и на садик посыпались обломки купольных конструкций. А вслед за этим, ревя посадочными двигателями, разметая все и вся в разные стороны, и переполошив до паники весь персонал и имеющихся пассажиров, в терминал ввалилась белая круизная яхта "Эрнест Х" класса XXL-Круиз с тремя трансцендентальными маршевыми двигателями и черной полосой по борту. Корабль приланднился прямо на три бананово-ананасные пальмы, сломав их у основания, так что одна рухнула прямо под ноги невозмутимо наблюдавшего за происходящим бригадира Конрада Белла.

 

Яхта заглушила двигатели, и из открывшейся двери капитанской рубки, застегивая воротничок мундира, вышел Хьюго Левицки.

 

Браво подскочив к бригадиру КДС, Хьюго форменно отрапортовал:

– Круизная яхта "Эрнест Х", осуществив перелет по маршруту "XJ55-47G звездной системы UU-Гелиос – база UK15 системы GPS-Гладиолус", произвела успешную посадку в терминале Мэд Лола! Полет прошел без существенных происшествий! Капитан корабля – капитан третьего ранга Хьюго Левицки!

 

В этот момент открылись створки багажного отделения, и из него вывалился огромный контейнер. Разбился, и под ноги Хьюго посыпалась соломка.

А в еще не успевший восстановиться пролом купола терминала вслед за страховочным тросом одуванчиком на парашюте влетел второй пилот Освальд.

 

 

 

Рейтинг: +5 Голосов: 5 338 просмотров
Комментарии (37)

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования