Идеал. Книга 3. Суд Фемиды (Главы 16-17)

15 сентября 2014 -
article4409.jpg

Раздел 8: Черная сделка

 

 

 

«И добродетель стать пороком может,

Когда её неправильно приложат»

(Уильям Шекспир)

 

 

 

Глава 16

 

… Он был прикован раскаленными цепями к каменной, покрытой сажей, стене. Его торс был обнажен и покрыт жуткими порезами и следами от удара плетью. Он уже не мог стоять на ногах. Его голова была опущена, а покрытые пылью волосы вздрагивали при слабых движениях.

― Сегодня его жизни придет конец, ― прозвучал совсем рядом страшный, насмешливый голос.

Ева, не понимающая, как оказалась в этом мрачном месте, повернула голову и в ужасе отшатнулась, ― на нее смотрело громадное, уродливое существо с рогами на лысой голове, красными глазами и набитым острыми зубами ртом.

― Его бы не постигла эта участь, если бы он не увлекся тобой, ― пробасило существо.

Ева перевела полный боли взгляд на узника. Он с трудом поднял голову. Спутанные пряди спадали на его лицо.

― Не тронь ее!.. ― из последних сил прошептал он, глядя на существо яростным взглядом темно-карих глаз. Оно лишь громко рассмеялось.

― Ты жалок, Армин! ― прорычало чудовище. ― В кого ты превратился, увязавшись за юбкой?

― Тебе этого не понять! ― выплюнул Армин. ― Хочешь убить меня ― действуй, но не смей прикасаться к ней!

― Ты будешь приказывать мне? Мне, своему создателю?

Ледяной страх сковал душу Евы. Она подозревала, кем могло быть это чудовище, и теперь ее подозрения подтвердились: перед ней стоял сам Дьявол. Владыка Ада подошел к Армину почти вплотную.

― Ты берешь на себя слишком много! ― взревел он и с силой ударил Армина по лицу. Он не проронил ни звука, но его боль отразилась в сердце Евы. ― Жизнь ничему тебя не научила! ― И снова удар, сильнее прежнего.

― Хватит! ― Забыв о страхе, Ева подбежала и встала между ними. ― Не бейте его!

Дьявол остановился и с ухмылкой посмотрел на нее сверху вниз.

― Смотри-ка… ― издевательски произнес он, ― у тебя смелая заступница. Думаешь, сможешь защитить его от меня?

― Я буду пытаться! ― с вызовом бросила Ева.

― Твоя жизнь слишком дорога мне, ― сказал Дьявол. ― Я не намерен отнимать ее у тебя прямо сейчас.

― Ева, беги отсюда… ― обессилено прошептал Армин.

― Она не сможет! ― Дьявол вновь рассмеялся. ― Если только я ее отпущу.

― Я никуда не пойду без тебя! ― Повернувшись к Армину, Ева обхватила руками его шею и прижалась к любимому. ― Если мы умрем, то вместе.

― Не глупи… ― горечь исказила лицо Армина. ― Оставь меня...

― Мне нечего терять. ― Ева посмотрела в его глаза. ― Если ты умрешь, то и моя жизнь оборвется.

― Этого можно избежать, ― хитро сказал Дьявол, и Ева повернулась к нему.

― Как?

― Подойди. ― Король Ада протянул девушке свою огромную конечность.

Не понимая, зачем, Ева отстранилась от Армина и, не дав в ответ руку, на шаг подошла к Дьяволу.

― То, что ты видишь ― нереально, ― сказал он. ― Оглядись вокруг.

Ева послушно повернула голову и обомлела: ни Армина, ни Ада больше не было. Вокруг был лишь туман.

― Что это значит? ― опешила она. ― Где Армин?

― Дома, ― невозмутимо ответил Дьявол. ― Беседует со своим дружком-волшебником.

― Дома?.. ― растерялась Ева. ― В замке?

Дьявол кивнул.

― И он в порядке? ― все еще не верила она.

― Да, ― ответил повелитель Ада. ― И останется в порядке, если ты согласишься на мое условие. Если же нет, то завтра твой возлюбленный умрет. И я заставлю тебя смотреть на его медленную смерть.

― Перестаньте! ― воскликнула Ева и зажала уши ладонями. ― Хватит!

Дьявол сделал жест головой, и руки Евы против воли опустились вниз.

― Слушай меня внимательно, ― сказал он. ― Я сохраню жизнь Армину взамен на то, что мне нужно. Думаю, ты догадываешься, что это.

Ева подняла голову и устремила в его красные глаза ошеломленный взгляд.

― Моя… душа?.. ― в ужасе прошептала она.

― Именно. ― Дьявол кивнул. ― Армин не станет проводить ритуал, поэтому его проведешь ты.

― Но...

― Не перебивай! ― рявкнул Дьявол, и Ева резко замолчала. ― Кроме него ты ― единственный в мире Идеал, и только ты способна передать мне свою же душу. Ты сделаешь это, если хочешь, чтобы твой муж жил.

― Но, если я умру, то он… ― Ева всхлипнула, и слезы потекли по щекам.

― Ты не умрешь, ― сказал Дьявол. ― Я знаю о вашей Кровной связи. И, если я сказал, что Армин будет жить, значит, он будет. Но после ритуала ты не сможешь остаться рядом с ним. О своей дальнейшей судьбе узнаешь тогда, когда обряд будет проведен. Ты должна отказаться от Армина и принять мое условие. Только так его жизнь будет спасена.

― Но остальные люди… ― Ева тяжело задышала. ― Что будет с ними? Ведь, получив мою душу, вы уничтожите их.

― Кто тебе это сказал? ― Дьявол неприятно улыбнулся, обнажив чудовищный оскал. ― Они останутся живы. Ни один из них не пострадает. Все будет, как прежде. Только вместо Бога вашим миром стану управлять я. Решай, девочка: либо ты соглашаешься, либо уже завтра от Армина останутся лишь воспоминания. Я все равно получу твою душу. Но способ ты должна выбрать сама.

Боль острым ножом резанула по сердцу Евы. Она встала перед самым тяжелым выбором, и ей необходимо было его сделать. Но что может быть важнее жизни любимого? Разве есть жертва, пойти на которую не хватит духа у любящего?

― Когда? ― упавшим голосом спросила Ева.

― Завтра в полночь, ― довольно ответил Дьявол. ― Вижу, ты приняла решение.

Ева не ответила, лишь пристально смотрела в его жуткие глаза. Взгляд сказал больше, чем сказал бы ее язык.

― Дай мне свою руку, ― потребовал король Ада.

Ева, словно под гипнозом, протянула ему дрожащую руку. Он взял ее за запястье и провел по ладони острым когтем. Ева поморщилась. Кровь потекла из тонкой раны.

Будто из воздуха, в руке Дьявола появилось длинное красное перо. Он обмакнул его остро заточенный конец в крови Евы и отдал его ей. В следующую секунду на его ладони появился свиток, обвязанный черной лентой.

― Что это? ― полушепотом спросила Ева.

― Договор, ― сказал Дьявол. ― Скрепив его своей подписью, ты заключишь со мной сделку, которую мы оба будем не вправе нарушить. Согласись, это надежнее, чем вера на слово.

― Как я могу быть уверена, что вы не лжете?

― Договоры со мной или демонами ― не просто бумажки, ― леденящим басом произнес Дьявол. ― Этот обычай существует уже несметное количество лет. Поставь подпись, и не бойся, что я не выполню свою часть сделки. Твой Армин будет жить, и проживет еще много лет, если ты все сделаешь правильно. Но, если нарушишь договор, то вы оба умрете в страшных мучениях.

Что делать, когда дан лишь один путь? Идти по нему. Глупо искать выходы там, где их нет. Ева могла смириться с мыслью о своей смерти, но гибели Армина она не могла допустить. Почему-то в момент, когда старательно выводила изящным пером подпись на желтом пергаменте, она была уверена, что Дьявол не солгал ей. Неважно, что будет с ней ― жизнь Армина была дороже.

― Сделка заключена! ― торжествующе оповестил Дьявол, когда Ева отдала ему перо. ― Отныне ты обязуешься выполнить свою часть договора. Завтра в полночь ты совершишь ритуал, и все будет кончено.

― Вы позволите мне попрощаться с Армином? ― печально спросила Ева.

― У вас есть целый день. ― Дьявол усмехнулся. ― Наслаждайтесь!

А в следующий миг он исчез. Вместе с ним исчез и туманный мир. Глаза Евы, все еще наполненные отчаянием и ужасом, смотрели в потолок их с Армином спальни. Ева была в замке.

Видение… Это было всего лишь видение. Но оно изменило ее жизнь...

 

***

 

Ева отдала бы все, только бы эта ночь не кончалась. Армин любил ее нежно и страстно, и она таяла в его объятиях, отдавая всю себя его губам и рукам. Предательские слезы текли по ее щекам, а с губ срывались стоны не наслаждения, а отчаяния. Всего один день… Один день остался им, чтобы насладиться друг другом. А потом она просто исчезнет. Ева понимала, что Армину будет тяжело пережить расставание, но он сильный, и обязательно справится. Она убеждала себя в этом, но была ли права? Или ей просто хотелось в это верить?

Иногда приходится совершать поступки, противоречащие здравому смыслу. В периоды, когда выбора нет. Если бы могла, Ева ни за что не позволила бы любимому страдать. Но избежать этого было невозможно. Она заключила сделку с Дьяволом, и теперь пути назад не было.

В ту ночь она не сомкнула глаз. Ева долго лежала, опершись на локоть, и смотрела на мужа, спящего рядом с ней. Она любила наблюдать за ним в таком состоянии. Во сне Армин был еще прекраснее, чем во время бодрствования. Его расслабленное лицо казалось Еве ликом ангела, ровное дыхание повествовало об умиротворенности и спокойствии. Он был спокоен и счастлив. Легкая полуулыбка на его губах повествовала об этом. Он даже не подозревал, какой удар готовила ему собственная жена.

Невыносимая боль вновь сковала сердце Евы, и на секунду она даже пожалела о заключенном договоре. Но, вспомнив Армина, избитого и обессиленного, прикованного раскаленными цепями к неровной стене; Дьявола, издевавшегося над ним и ударившего его по лицу, Ева вздохнула и в очередной раз убедила себя, что поступила правильно. Он должен жить ― ее любимый не заслужил такой смерти. Дьявол рано или поздно все равно доберется до ее души, но Армин не должен погибнуть из-за ее предрассудков.

Осторожно, кончиками пальцев Ева погладила мужа по волосам и убрала с его лица непослушную прядь. Он улыбнулся во сне и крепче обнял ее, прижимая к себе. Ева положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Она любила так засыпать. Нежно поцеловав Армина в щеку, она обняла его и погрузилась в мысли, от которых хотелось выть.  

 

День начался, как обычно. Ничто не предвещало глобальных перемен. Свое состояние накануне Ева объяснила адаптацией к новой сущности. В этот день Армин был еще заботливее к ней, и его поведение лишь усугубляло сложившуюся обстановку. В полдень Ева зашла к Анетт. Та уже почти поправилась.

― Что с Яном? ― сразу же спросила Анетт. ― Он в порядке?

― Да, ― ответила Ева, присаживаясь в кресло у ее кровати. ― Он поправляется. Правда, морально очень подавлен.

Анетт помрачнела.

― Я пыталась спасти их… ― Она потянула носом воздух. ― Но Марк и его слуги были сильны. Мне удалось справиться со многими, но он победил. Я едва сумела спасти Яна.

― Ты сильно рисковала, ― с укором сказала Ева. ― Я ничего не имею против Яна, но, по сути, он тебе никто.

― Он ― мой друг! ― сердито заявила Анетт. ― Почему вы с Армином, и даже Дориан, так негативно настроены против него? Что плохого он вам сделал? Ева, когда он похитил тебя...

― Я знаю, ― перебила Ева. ― Ян был во власти лунного камня. Я не виню его. Просто странно то, что ты бросилась на помощь совершенно незнакомому человеку… то есть, вервольфу. Неужели тебе неведомо, насколько они опасны?

― Твой муж ― демон, и ты знала об этом изначально! ― Анетт возмущенно вздернула брови. ― Но тебя это не остановило. Ты вышла за него, а теперь сама стала такой же. Если рассуждать так, то можно навсегда остаться в одиночестве. Друзей или любимых не выбирают по их сущностям. Сомневаюсь, что ты обращала внимание на то, кем являлся Армин, говоря ему “Да” перед алтарем.

Ева выдержала паузу. Могла ли она винить Анетт? Мысли юной девушки-оборотня кричали о теплых чувствах к Яну. Могла ли Ева в тот роковой день винить хоть кого-то? Ведь уже в полночь она обречет каждого из них на неопределенность. Сказал ли Дьявол правду? Только сейчас она серьезно задумалась об этом.

«Дьявол ― первый, кому ни в коем случае нельзя доверять», ― вспомнились ей сказанные еще семь лет назад слова Армина. Она никогда не сомневалась в правоте его речей. А своего создателя он знал гораздо лучше, чем она.

Семь лет… Казалось, еще вчера Ева была маленькой, наивной девочкой, считавшей, что ее похитил монстр, который обязательно сожрет ее при первом же удобном случае. Будто вчера она с ужасом смотрела на Армина и искала способ убить его...

… А сегодня она принесет себя в жертву, чтобы сохранить ему жизнь...

Самое удивительное, что есть в природе ― это время. Оно просто идет, вечно и равномерно, изменяя мир и его обитателей до неузнаваемости, перестраивая реальность и характеры всех живых существ. Как много изменилось за эти семь лет! Из наивной девочки, боявшейся своей тени и не признававшей существование вампиров Ева преобразилась в самостоятельную, смелую и решительную женщину, готовую пойти на любую жертву ради своей любви. Могла ли она хоть на секунду предположить в то далекое время, что когда-то этот “монстр” станет всем в ее жизни, ― станет самой ее жизнью? Могла ли предположить, чем пожертвует ради него? Не могла. Но время изменило все. А стрелки все так же идут вперед, все с той же скоростью… а песок все также сыплется из одной половинки в другую… Не останавливаясь, не меняя привычного темпа. Жизнь ― это время. Без времени не будет жизни.

 

Ева ничего не сказала Анетт. Покидая ее комнату, она с горечью посмотрела в ясные, голубые глаза. Она знала, что смотрит в них последний раз.

Кем она станет после ритуала? Дьявол обещал сохранить ей жизнь, но без души это не будет даже существованием. Армин рассказывал, что другие демоны бездушны. Они лишены чувств и эмоций, собственной воли. Слепые рабы своего хозяина. Вероятнее всего, Ева станет одной из них.

Тот поцелуй она запомнит навсегда. Или до тех пор, пока будет способна что-либо помнить. Последние секунды отсчитало жестокое время. Для Армина то был обычный поцелуй, счастливое мгновение; для Евы он был священен. Им она сказала своей любви “Прощай”.

Ночь снова вступила в свои права. Замок постепенно погрузился в сон. Армин был у Дориана, сообщая ему о своих планах наутро серьезно поговорить с Яном. Он взглянул на часы. Было начало двенадцатого.

― Что-то я засиделся. ― Он встал с кресла. ― Ева огорчится моему долгому отсутствию.

― Конечно, нам обоим пора спать. ― Дориан тоже поднялся со своего места. ― Завтра зайди ко мне на рассвете. Мы закончим наш разговор. Ян все равно никуда не денется.

― Хорошо. ― Армин кивнул. ― Договорились.

Он вышел из кабинета. Поднимаясь на второй этаж, Армин даже на миг не мог подумать о том, что через несколько секунд его сердце разлетится вдребезги...

...«Армин…

Я не хотела, чтобы ты узнал все вот так… из письма… Но у меня не хватило духу сказать тебе это в лицо. Да, я ― трусиха, и признаю это, но сообщить хотела совсем другое...

Нет смысла писать много ― хватит и нескольких предложений. Я ушла, Армин. Ушла навсегда. Не ищи меня ― это бесполезно. Не думай, что я в опасности ― это не так. Просто… просто в моей жизни произошло изменение, противостоять которому я не смогла. Может, когда-нибудь ты меня простишь...

Я больше не люблю тебя… Я недостойна твоей любви, недостойна тебя. Мне жаль, что все так вышло. Я не хочу, чтобы ты жил с обманщицей и предательницей.

Прости меня, и прощай...

Ты еще обязательно найдешь свое счастье.

Ева»

Белый лист с аккуратно выведенными черным словами, медальон и обручальное кольцо… Три предмета на прикроватной тумбочке, три пули в сердце.

… Трава уныло шелестела под ногами, ветер завывал в кронах деревьев. Ева шла по лесу, и слезы градом катились по щекам. Сердце рвалось на части, а в горле застрял крик отчаяния.

Все кончено. Пути назад больше нет. Армин, возможно, уже прочел ее письмо. Конечно, он возненавидит ее. Но это будет лучше, чем если бы он узнал правду.

Это тоже был остров. Необитаемый и не обозначенный на карте. Анетт ошиблась ― Ева сумела создать портал. Осталось чуть меньше часа. С каждым шагом где-то там, внутри, становилось еще больнее. Было уже поздно рассуждать о правильности своего поступка, впереди показалось место предстоящего ритуала.

Что является самым страшным в мире? Война? Голод? Апокалипсис? Возможно, многим это может показаться странным, но самым страшным является потеря того, наличию чего почти не придают значения в повседневной жизни ― потеря самого себя.

 

Глава 17

 

Армин невидящим взглядом смотрел в текст. Он перечитывал его снова и снова, не в силах поверить своим глазам. Она не могла! Просто не могла. Ева никогда бы не предала его. Это шутка. Глупый розыгрыш!..

Немного оправившись от первоначального шока, Армин стал вспоминать все детали минувшего дня. Только сейчас он обратил внимание на то, что сразу показалось ему несущественным: странное поведение Евы. Весь день она была какой-то замкнутой, отстраненной, все время блокировала мысли. Армин решил, что это было вызвано ее адаптацией к новой сущности. После того, как Ева стала вампиром, она иногда вела себя странно, и это было нормальным явлением в данном случае. Но на этот раз причина была иной.

Уже через пять минут подчиненные Армина обыскивали замок и его окрестности. Сам он еще более активно участвовал в поисках жены. Дориан и Фридрих не остались в стороне.

― Это немыслимо, ― бормотал чародей. ― Ева не могла так поступить. Может, вы поссорились, и она написала это из-за обиды? А сама где-нибудь спряталась...

― Перестань нести чушь! ― оборвал его Армин. ― Я не ссорился с Евой.

― Не волнуйся, ― пытался успокоить его Фридрих. ― Твоя жена на острове. Она не может превратиться в птицу или создать портал, чтобы иметь возможность покинуть Дарк.

Если бы он только знал, как ошибается!

 

Ева всегда боялась темноты. Даже став вампиром, она не сумела побороть свой страх. Но в ту ночь ей не было страшно. Она находилась на необитаемом острове, где должна решиться ее окончательная судьба. Жалела ли она о своем выборе? Нет. Она поступила так, как велело ей сердце.

Ева остановилась и задумалась. Дьявол обещал, что не станет уничтожать людей, но можно ли ему верить? В первую очередь Ева должна была думать о них ― о миллиардах людей, чьи жизни она подвергла риску. Она пожертвовала ими ради жизни одного ― того, кого любила больше, чем весь мир.

Ева не хотела думать о своем выборе. Она никогда не была филантропом, и в супергероини, спасающие мир, ее никто бы не зачислил. Возможно, дело заключалось в отношении к ней людей. Конечно, Ева жила лишь среди крошечной части человечества, но эта часть сильно повлияла на ее последующее отношение к общественности.

Как говорится ― и не напрасно ― в детстве человек самый впечатлительный. Все, что он видит в том нежном возрасте, формирует его характер и дальнейшее отношение к окружающему миру. Ева не знала ни материнской любви, ни дружеской преданности. С самого рождения она была предметом ненависти каждого встречного. Даже родная мать ненавидела ее. Она была готова променять дочь на бутылку, и, хвала Небесам, ей не выпала возможность сделать это.

Тем не менее, Ева любила мать. Ей было больно смотреть, в кого превращался самый близкий человек, но она не переставала ее любить. Ее и брата. А еще добрую соседку бабу Люду.

Вспомнив их, Ева почувствовала, как к горлу подкатил тяжелый ком. Все, кого она любила, оставили ее. Мама и баба Люда погибли, Петя исчез в стенах интерната. В последний раз, когда Ева видела мать, та сказала ей, что брата усыновила немецкая семья. Девушка искренне верила, что его жизнь хорошо сложилась. Он не заслужил бед.

Остальные вызывали в Еве лишь чувство разочарования, которое впоследствии переросло сначала в ненависть, а затем в равнодушие. Ей стало все равно, как живут и чем дышат остальные люди. С тех пор, как Ева покинула родную деревню, она беспокоилась лишь о тех, кто относился к ней с добротой, пониманием и сочувствием. Первым из них был Армин. Она не могла представить, что было бы с ней, не появись он в ее жизни. Ее бы растоптали, уничтожили, и даже Аарон не успел бы застать ее живой. Все время, начиная с их первой встречи, Армин заботился о Еве; он был единственным, кто протянул ей руку помощи, когда остальные отвернулись от нее.

За что? Что сделала людям ни в чем не повинная девочка, чем вызвала к себе такую ненависть с их стороны? Ева всегда хотела нравиться окружающим, быть такой же, как они. Но что делать, если ты другой? Разве это ― причина ненависти?

Ева с детства отличалась от остальных людей. В ней было нечто загадочное, таинственное. Она сама не знала, что, но отличие, сказавшееся на поведении, лишило ее нормального детства. С ранних лет соседские дети смеялись и издевались над ней. Она была впечатлительной, часто витала в облаках, что также немало смешило ее сверстников.

А еще Еву постоянно куда-то тянуло. Нет, не в большой город, даже не в выдуманный мир, построенный из обрывков декораций любовных романов, ― Еву тянуло в неизвестность. Ей постоянно казалось, что в будущем ее жизнь примет особый поворот, резко отличится от жизней других. Душа ее рвалась в мир, название которому она не знала, но предполагала, что он будет особенным.

Тяга внезапно исчезла, когда Ева встретила Армина.

Поначалу отсутствие бесцельного стремления и странное успокоение в душе насторожили ее. Неужели она столько лет рвалась именно к этому ― к жизни среди существ, которых еще вчера считала мифами; к миру, где на ее душу охотится сам Дьявол? Абсурд! Но разве она могла тогда, будучи перепуганным, избитым жизнью подростком, знать, что именно этот мир ― точнее, тайная часть ее родного мира, ― и есть ее истинный дом?

А потом она стала вампиром, и ее нелюбовь к людям заметно возросла. Конечно, среди них были те, кого Ева любила и уважала, но их можно было пересчитать по пальцам. Сущность вампира и история существования этого вида пробудили в ней негативное отношение к человеческой расе. В прошлом люди безжалостно убивали вампиров только потому, что те были вампирами. Впрочем, под немилость “серой массы” человечества попадали не только представители ночного народа. Люди не скупились на насмешки и издевки в отношении особ с врожденными дефектами: недоразвитым или уродливым телом, невнятной речью, слабым умом, и еще массой всего прочего. Человечество нарисовало себе рамки, и поселилось в них, оградившись тем самым от всего оставшегося мира. Им проще сидеть со спрятанной в песок головой, чем распрямиться и оглядеться вокруг. Мир огромен, а рамки не позволяют современному человеку узреть все его краски. Он видит лишь те, что запечатаны в его нарисованном ограниченном пространстве. Любой, кто пытается выглянуть за пределы рамок, обречен на уничтожение.

Глупые догмы, деньги, власть… Вот что правит миром в настоящее время. Люди готовы убить самых близких ради несметного богатства, они уничтожают экологию, возводя на месте лесов и озер все новые и новые небоскребы и “ядовитые” заводы. В сердцах человеческой массы больше нет любви, веры, сочувствия, а главное ― чувства индивидуальности. Они все больше походят на роботов, сошедших с одного конвейера. Крайне редко встречаются те, кто еще не утратил в себе ценности, но рано или поздно каждый из них будет либо превращен в робота, либо уничтожен.

В этом мире никто никому не нужен. Так почему они должны быть нужны ей ― девушке, принявшей решение, идущее вразрез с моральными нормами?

«Ты сделал для меня больше, чем остальные, ― с грустью подумала она, мысленно обращаясь к Армину. ― Ты ― вампир, но оказался лучше людей. Они втоптали меня в грязь, и тем, что вытащило меня из болота, была твоя рука. Я люблю тебя, Армин, и ты будешь жить, чего бы мне это ни стоило. Когда встал выбор между тобой и теми, кто живет в этом мире, я не могла принять иного решения. Прости меня. Я знаю, ты бы этого не одобрил, но так нужно, любимый».   

Что значит ― поступить правильно? Сделать так, чтобы тебя похвалили? Соответствовать общепринятой норме? Поступить правильно ― это не позволить умереть тому, кто не позволил умереть тебе.

Жестоко? В мире, где правят равнодушие и выгода, это глупо считать жестокостью.

До полуночи осталось пятнадцать минут. Место ритуала было уже совсем близко, и Ева, изгнав из головы мысли, направилась к нему.

 

Анетт постучала в дверь комнаты Яна, и он тут же открыл ее. Он выглядел слегка подавленным, правая рука была забинтована и подвешена повязкой к шее.

― Анетт? ― Ян растерялся.

― Ты собрался куда-то? ― Анетт с удивлением оглядела его.

― В замке суматоха. ― Ян пожал плечами. ― Ко мне заходил подчиненный Армина и спрашивал, нет ли здесь Евы. Она пропала?

Анетт опустила голову.

― Дориан был у меня несколько минут назад, ― сказала она. ― Он сказал, что Ева сбежала. Я не понимаю… что произошло? Она оставила Армину письмо, в котором написала, что уходит от него, свое кольцо и талисман Защиты. Наверное, они снова поссорились.

― Они часто ссорятся? ― спросил Ян, пропуская Анетт в комнату.

― Нет. ― Она замотала головой. ― Я ничего не могу понять. Сегодня весь день Ева вела себя как ни в чем не бывало, заходила ко мне. Хотя, постой… ― она повернулась к нему, ― она выглядела странно. Будто что-то ее тревожило.

― Ты не спросила, что именно?

― Нет. ― Анетт погрустнела. ― Я думала, что это из-за ее новой сущности. Ева совсем недавно стала вампиром, и ей трудно привыкнуть к этому.

― Да уж… ― Ян прошел к кровати и присел на край. ― Я слышал ― она Идеал. Представляю, каково ей сейчас.

― Но это не могло быть причиной ее ухода! ― негодовала Анетт, небрежно плюхнувшись в кресло.

― Тогда что?

― Я не знаю.

Около минуты они просидели молча. Наконец, Анетт заговорила:

― Мне жаль, Ян… Жаль, что так вышло. Я пыталась помочь...

― Не надо, ― резко оборвал ее Ян. ― Ты не виновата. Ты вообще не обязана была нам помогать.

― Мы стали друзьями, ― возразила Анетт. ― Я не могла вас бросить.

― Эта дружба не доведет до добра, ― печально сказал Ян. ― Армин ненавидит меня, Дориан тоже старается лишний раз не связываться. Я их понимаю: я ― чудовище, и опасен для тебя. Как твои опекуны, они обязаны защищать тебя. Не могла бы ты попросить Дориана зайти ко мне, когда все уляжется?

― Зачем?

― Хочу уговорить его отпустить меня.

― Куда ты пойдешь?

― Вернусь домой.

― Но...

― Анетт, ― Ян сурово посмотрел на нее, ― там мой дом. Я не собираюсь жить “на чужой шее”. Армин прав: мне нечего делать в замке.

― Армин просто...

В этот момент в дверь постучали. Анетт замолчала. Робким голосом Ян разрешил пришедшему войти. В комнате появился Дмитрий ― верный слуга Армина. Он отличался собачьей преданностью и паническим страхом не угодить господину. В то же время Дмитрий вел себя так, будто боялся каждого встречного. Словно все только и мечтали его убить.

― Antistes хочет видеть вас, ― скованно, извиняющимся тоном проговорил он, обращаясь к Яну. ― Он ждет вас в своем кабинете.

Анетт метнула на друга испуганный взгляд. Ян же, хоть и почувствовал резкий приступ страха, сумел сохранить на лице невозмутимое выражение.

― Хорошо, ― ровным голосом ответил он. ― Передайте вашему хозяину, что я буду через минуту.

― Слушаюсь. ― И слуга скрылся за дверью.

― Ян, будь осторожен! ― тут же выдохнула Анетт. ― Армин и так недолюбливает тебя, а сейчас он вообще… э… не в духе.

― Не волнуйся. ― Ян натянуто улыбнулся. ― Со мной все будет хорошо.

― Может, мне пойти с тобой? ― предложила Анетт.

― Нет, не надо. Армин не будет этому рад. Ты и так много для меня сделала. Ступай к себе и ни о чем не беспокойся.

― Пусть Бог поможет тебе, ― прошептала Анетт и крепко обняла его.

От этого жеста Ян растерялся, но, вовремя взяв себя в руки, бережно отстранил ее и, улыбнувшись, покинул комнату. Полными беспокойства глазами Анетт смотрела на закрывшуюся за ним дверь, и сердце ее бешено стучало.

Сидя за столом, Армин что-то начеркал ручкой на исписанном печатным шрифтом листе и, захлопнув папку, небрежно сунул ее в руки Дмитрию.

― Отдай это Фридриху. Да поживее!

― Да, Antistes. ― Согнув спину, Дмитрий, словно привидение, бесшумно исчез за дверью. Тут же в нее постучали.

― Входи! ― Армин уже знал, кто находился снаружи.

Неловкой поступью войдя в кабинет, Ян осторожно спросил:

― Вы хотели видеть меня?

― Да. Садись. ― Армин кивком указал ему на стул с мягкой черной обивкой, стоящий у стола напротив него.

Ян молча подчинился.

Собрав со стола бумаги и сложив в аккуратную стопку, Армин отправил их в ящик и, опершись локтями о крышку стола, внимательно посмотрел на Яна. Его взгляд одновременно не выражал ничего и пронизывал душу леденящим страхом. Армин смотрел словно в никуда.

― Тебе уже лучше? ― без эмоций спросил он.

― Да. ― Ян утвердительно кивнул, напрягшись сильнее. Он знал, что Армин вызвал его вовсе не для того, чтобы справиться о здоровье. ― Я чувствую себя гораздо бодрее. Спасибо Дориану и...

― Довольно! ― Яна обдало волной мистического холода. ― Мне не нужна пустая болтовня. Я вызвал тебя по другому вопросу.

Ян замолчал.

― Расслабься. ― Армин заметил его излишнюю напряженность. ― Я не буду тебя убивать. По крайней мере, сейчас. За тебя просили. С этим человеком нас связывают долгие годы дружбы, и я не хочу огорчать его. Хотя по-прежнему уверен, что он совершает ошибку.

― Просили? ― Ян искренне удивился. ― Кто?

― Дориан, ― ответил Армин. ― Не пообещай я ему, что позволю тебе остаться в замке, ты бы уже летел отсюда быстрее пули. Но я пообещал. У меня нет времени долго с тобой беседовать, так что слушай внимательно и запоминай: если я узнаю, что ты выкинул какую-нибудь гадость, продолжил морочить голову Анетт, то твое сердце встретится с серебряным лезвием раньше, чем стрелка часов отсчитает одну секунду. Все уяснил?

Ян почувствовал дрожь в руках.

― Да, Antistes… ― пробормотал он. ― Но, прошу меня простить, вы не правы насчет Анетт. Я не морочу ей голову. Мы просто друзья.

― Не надо мне в замке подобной дружбы! ― повысил тон Армин. ― Не пытайся доказать мне, что ты не такой, как другие вервольфы. Я знаю вашу гнилую породу не один год, так что, если хочешь жить здесь, то живи по моим правилам. Нет ― убирайся вон. Тебя никто не держит.

― Я не хочу доставлять вам неприятности. ― Ян опустил голову. ― Пожалуй, мне и вправду будет лучше покинуть остров. Я лишь хочу попросить вас или кого-то из ваших друзей помочь мне добраться до континента.

Армин собрался ответить, но очередной стук в дверь прервал его. Получив приглашение войти, Сириус ― начальник охраны, отчеканил:

― Antistes, поиски в замке и на территории острова закончены. Вашей жены нигде нет. Будут новые распоряжения?

Краем глаза Ян заметил, как Армин побледнел. Он не изменил выражения лица, хотя внутри у него все перевернулось.

― Ступай к Дориану, ― сдержанно сказал он. ― Пусть применит магию.

― Да, Antistes.

Сириус уже развернулся, как Армин остановил его.

― Вот. ― Он протянул ему медальон Евы. ― Отдай это Дориану. Для магического поиска нужна личная вещь пропавшего. Скажи, что я подойду с минуты на минуту.

― Слушаюсь. ― Едва заметно поклонившись, Сириус вышел из кабинета.

Едва за ним закрылась дверь, как Ян с неожиданной уверенностью в голосе сказал:

― Она ушла не по своей воле.

Армин переменился в лице.

― Что ты имеешь в виду? ― недоуменно спросил он.

― Позвольте мне сказать. ― Ян почувствовал возбуждение. Ему показалось, что только сейчас перед ним вдруг открылась истина произошедшего. ― Я, конечно, не психолог, но разбираюсь в людях. Ева… Antistita не бросала вас...

― Как ты смеешь лезть в мою жизнь?! ― Армин разъяренно вскочил из-за стола. Ян вжался в спинку стула.

― Выслушайте меня! ― воскликнул он. ― Я знаю о письме. Но совсем недавно я говорил с вашей женой и могу с уверенностью сказать, что впервые в жизни встретил такое чистое и сильное проявление любви. Она любит вас больше, чем собственную жизнь. Она никогда бы так не поступила с вами. Ее вынудили написать это письмо и уйти. Скорее всего, это Марк. Мне пришлось служить ему некоторое время, и я знаю, как сильно он хочет провести ритуал. С вами он боится связываться, но Antistita ― легкий путь для него получить расположение Дьявола. Как и Аарон, он жаждет этого больше всего. Вероятно, он придумал что-то, и шантажировал этим вашу жену. Поэтому ей пришлось уйти. Поверьте мне, она ни за что бы не отказалась от вас.

К своему удивлению, Армин поймал себя на мысли, что верит словам Яна. Как же он мог не подумать об этом? Ведь Еву так легко сломать тщательно спланированным шантажом! А может, он просто хочет уцепиться за очередную призрачную соломинку?

― Будь здесь до моего возвращения, ― приказал он Яну и, хлопнув дверью, покинул кабинет.

У самой двери к Армину подбежал Дмитрий. Лицо его, как всегда, было взволнованным.

― Antistes, в главном зале вас ждут двое. Они хотят поговорить.

― Мне некогда! ― нервно бросил Армин.

― Они говорят, что это срочно. Это насчет вашей жены.

Армин резко остановился. От его пронизывающего взгляда Дмитрий уменьшился в росте.

― Отведи меня к ним.

 

Откуда взялись все эти сомнения? Почему настырная совесть не перестает твердить ей, что она совершила непоправимую ошибку? Она все сделала правильно! Он должен жить! Как иначе?

До места, оборудованного для ритуала, осталось несколько шагов. В любую секунду здесь появятся те, кто поможет Еве справиться с ее миссией. Сегодня она лишится души...

Каково это ― жить без души? Кем она станет? Жутким, хладнокровным чудовищем, не знающим добра и пощады? Или безвольной рабыней, склонившей голову перед Дьяволом? Одно Ева знала точно: она станет никем.

На карту было поставлено слишком много. Ева вновь остановилась. Пути назад не было. Она пришла, и ритуал будет проведен. Через каких-то несколько минут жизнь человечества встанет под большую угрозу. Имела ли она право играть судьбами миллиардов людей? Имела ли право подвергать риску тех, кого ни разу даже не видела? Ей вдруг совершенно ясно представилась картина: маленький ребенок возится в песочнице и звонко смеется. К нему подбегает радостная мать, берет его на руки и кружит. Они счастливы, малыш касается грязными, растопыренными пальчиками ее щеки и с улыбкой произносит самое нежное и любимое слово: «Мама». Его большие глазки блестят счастьем, а она радостно прижимает его к своей груди. Но вдруг со всех сторон налетает холодный ветер, небо заволакивают черные тучи, и откуда-то сверху слышится зловещий смех. А в следующую секунду когтистые лапы демона хватают женщину и безжалостно разрывают ее на части. Упав на песок, малыш полными ужаса глазами смотрит на происходящее и не перестает, заливаясь слезами, кричать единственное слово, что он научился произносить:

― Мама! Мама!..

Но она уже не слышит его...

Пелена слетела с глаз Евы. Она отшатнулась, все еще видя жуткие образы.

«Дьявол ― первый, кому ни в коем случае нельзя доверять».

Почему она не прислушалась к этим словам?!

«Господи, что же я наделала!..»

Но сожалеть было уже поздно. Внезапно кто-то схватил ее сзади и зажал рот ладонью.

«Началось», ― было единственным, что подумала она в тот миг.

Часы пробили полночь. 

Рейтинг: +1 Голосов: 1 422 просмотра
Комментарии (10)
Новые публикации
Мотылёк
Мотылёк
вчера в 18:26 - Сергей Лысков - 0 - 13
история
За 132 минуты до конца света.
За 132 минуты до конца света.
вчера в 18:22 - Сергей Лысков - 0 - 14
история 
Три солдата.
вчера в 15:44 - Иван Морозов - 0 - 12
Тема для размышлений.
вчера в 14:54 - Иван Морозов - 0 - 14
Неравноценный обмен
вчера в 11:54 - Дмитрий Шнайдер - 0 - 14
Дом без любви
вчера в 11:53 - Дмитрий Шнайдер - 0 - 13
Мрази
вчера в 11:53 - Дмитрий Шнайдер - 2 - 17
Кулинарные рифмы. Картофельное пюре.
Кулинарные рифмы. Картофельное пюре.
20 августа 2018 - frensis - 0 - 11
Жаба в канаве
20 августа 2018 - Артем Квакушкин - 1 - 45
Закон - что дышло...
20 августа 2018 - Иван Морозов - 0 - 19
Дом для выбора
Дом для выбора
20 августа 2018 - Сергей Лысков - 0 - 15
история
Бусы из морских камушков, белого цвета
Бусы из морских камушков, белого цвета
20 августа 2018 - Сергей Лысков - 0 - 36
история 
Мама для Джейн, Кайт и Евы
Мама для Джейн, Кайт и Евы
20 августа 2018 - Сергей Лысков - 0 - 11
история
Цой, жив!
Цой, жив!
20 августа 2018 - Сергей Лысков - 0 - 12
история
Голос сердца.
20 августа 2018 - Иван Морозов - 0 - 14
КРЕЩЕНИЕ
20 августа 2018 - Неверович Игорь - 0 - 13
АХ, БЕРЁЗОНЬКА БЕЛАЯ...
20 августа 2018 - Неверович Игорь - 0 - 11
ГЕРОИКА
20 августа 2018 - Неверович Игорь - 0 - 16
Клубы
Рейтинг — 391235 11 участников
Рейтинг — 179300 10 участников

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования