Идеал. Книга 3. Суд Фемиды (Главы 36-37)

20 сентября 2014 -
article4462.jpg

Глава 36

Внезапно наставшую тишину нарушали лишь слабый шелест листвы и едва уловимый звук соприкосновения мелких волн с берегом. Застыв, Анетт не могла не то что говорить, но даже шевелиться. Ян стоял перед ней на одном колене, протягивая коробочку с кольцом ― символ любви и верности. Присутствующие тоже замерли, ожидая ее ответа.

Анетт стало неловко оттого, что оказалась в центре всеобщего внимания. Несмотря на свою общительность она этого не любила. Но сейчас был особенный момент. Ее слово стоило очень дорого.

Второй раз в жизни Анетт встала на порог замужества. И если в первый раз все было строго официально, без доли романтики, о существовании которой она и не подозревала, то сейчас обстановка была более чем чудесной.

Каждая девушка мечтает о таком моменте. Необязательно, что все случится именно так, при таких обстоятельствах, но слова “Выходи за меня замуж”, прозвучавшие из уст любимого, согреют сердце лучше, чем сотни пожеланий здоровья и счастья.

Любовь приходит ко всем, независимо от того, ждут ее или нет. Одни с детства мечтают о ней, рисуя сердечки в личных дневниках, другие отгораживаются от нее высокими заборами. Но если человеку суждено полюбить, он полюбит, и никакие заборы и стальные двери на семи замках не уберегут его от этого.

Анетт не знала, что такое любовь. В ее жизни этому чувству не было места. Конечно, она любила отца, друзей, но это совсем другое. Анетт никогда не любила мужчину. С детства ей внушили, что она обязана выйти замуж за того, кого выберет для нее отец. Этим кем-то стал Герман Келлер ― мужчина, сломавший ей жизнь. После памятного развода Анетт не надеялась, что хоть кто-нибудь взглянет на нее. В душе она считала себя ущербной и никому не нужной. Но теперь, встретив того, кому нет дела до ее прошлого, того, кто сумел полюбить ее такой, какая она есть, Анетт впервые засомневалась в своих убеждениях. И с каждым днем сомнения становились все сильнее.

По щеке покатилась слеза, которую Анетт не сумела удержать. Губы задрожали и произнесли одно-единственное слово, изменившее жизни ее и Яна:

― Да.

 

После праздника Анетт и Ева сидели в комнате только что обрученной девушки-оборотня. Она все еще мелко дрожала, до конца не веря в произошедшее. На ее безымянном пальце поблескивало красивое кольцо.

― Я так волнуюсь, ― призналась Анетт подруге. ― Не думала, что так может быть. Свое прошлое замужество я помню уже с трудом...

― Потому, что, по сути, его и не было. ― Ева взяла обе ее руки в свои ладони. ― Тебя отдали замуж, ты жила по их правилам и выполняла четкий свод обязанностей, не имея права что-то решить самой. Из всего брака тебе запомнился лишь развод. Поэтому сейчас твое волнение вполне обосновано. Для тебя подобное в новинку. Но, клянусь, ты напрасно переживаешь. Ян тебя любит ― это видно и без применения телепатических способностей.

― А ты так же волновалась после того, как Армин сделал тебе предложение?

Ева мечтательно улыбнулась.

― Наверное. Если не сильнее. У нас вообще это прошло не так, как у всех нормальных людей и не людей. Сначала мы поссорились, и он в порыве гнева вручил мне кольцо, сказав, чтобы я убила свое недоверие, найдя его бывших пассий и разузнав, делал ли Армин кому-то из них предложение. Конечно, я никого не искала, да и он выпалил это в сердцах, но факт был налицо: Армин дал понять, что хочет видеть меня своей женой. Я очень переживала тогда и винила себя за сомнения, а вечером того же дня в меня вселилась Риша. Поэтому ответ пришлось дать лишь спустя немалое время.

― Да, действительно, очень оригинально, ― усмехнулась Анетт.

― После того, как приняла его предложение, ― продолжила Ева, ― я вплоть до дня свадьбы ходила словно на иголках. Меня трясло от волнения, я не знала, куда себя деть. В то время я сильно недооценивала себя. Начав отношения с Армином, я боготворила его, молилась на него. Я считала себя никчемной серой мышкой, недостойной этого совершенства. Армину это очень не нравилось. ― Ева рассмеялась, вспомнив укоры мужа по этому поводу. ― Я ничего не могла с собой поделать. Это сейчас, прожив с ним в браке три года, я научилась ценить себя, уважать и не лепить из кого-то идолов. Мы все не идеальны. В каждом есть отрицательные черты. Их начинаешь видеть спустя какое-то время. В начале отношений твой избранник кажется безупречным. Но, Анетт, ― Ева крепче сжала ладони подруги, ― когда наступит день, и ты начнешь замечать в любимом недостатки, не сердись на него, ни в коем случае не старайся исправить, “перекроить” под себя. Пойми, что он был таким всегда, это черты его характера, которые тебе нужно принять. Я научилась видеть недостатки Армина, но, тем не менее, не перестала его любить. Мои чувства к нему так же сильны, как восемь лет назад, даже сильнее. Прожив какое-то время в качестве жены ты понимаешь, что влечение и страсть ― далеко не главное в отношениях. Главное: поддержка, умение уступать, преданность своей семье.

― Я очень люблю Яна, ― призналась Анетт, опустив голову, ― но боюсь, что наступит момент, когда эти чувства угаснут, уступив место быту и рутине, простой привязанности.

― Кто тебе сказал эту глупость? ― Ева широко улыбнулась и, взяв Анетт за подбородок, подняла ее голову. ― Если любовь настоящая, она никогда не угаснет. Угасает бешеная тяга ― спутник всех влюбленных. Но на ее место придет кое-что гораздо приятнее ― чувство неразделимости. Вы оба уже не сможете представить жизнь друг без друга, будете единым целым. Это и есть настоящая любовь, Анетт. И она уже живет в ваших сердцах.

― Надеюсь, я буду так же счастлива с Яном, как ты с Армином, ― с улыбкой проговорила Анетт.

― Конечно, будешь! ― Ева потрепала ее по плечу. ― Главное, хорошо запомни одну вещь: в семье женщина не должна быть главной. Предоставь эту роль мужу. Ты должна быть его опорой, а не повелительницей. В наше время многие дамы отправили мужей под каблук, и это глупо. Поэтому и мужчин все больше слабых, неприспособленных к серьезным ситуациям, нерешительных и трусливых. Ян ― настоящий мужчина, так пусть он им и остается. Не делай из него своего раба.

― Не сделаю. ― Анетт крепко обняла подругу. ― Спасибо! Ты меня успокоила. Теперь я не так волнуюсь.

― Это очень хорошо. ― Ева встала с кровати. ― Что ж, пора нам обеим привести себя в торжественный вид. Через пару часов посвящение Джулии.

― Поверить не могу! ― восторженно сказала Анетт. ― Наша Джулия ― глава Круга и новая Судья Совета. Впервые этот пост займет женщина!

― Она сильнее всех членов Круга. По закону, старейшины имеют право посредством голосования выбрать себе правителя в случае ухода или смерти предыдущего… ― Ева запнулась, вспомнив о Дориане, но быстро взяв себя в руки, продолжила: ― Они избрали Джулию. Как истинный член Круга она не имела права отказаться.

― Уверена, из нее выйдет отличная руководительница.

Одарив ее приятной улыбкой, Ева вышла за дверь.

 

Через два часа, как и было запланировано, состоялось посвящение Джулии. Одетая в нежно-голубое ритуальное платье, она величественно прошагала через главный зал к трибуне Судей и заняла за ней свое место. Джулия смотрелась великолепно. Вышедший вперед Иезекиль торжественно обратился к ней:

― Джулия Лоу, дочь Солнца и Луны, принимаешь ли ты пост, дарованный тебе?

― Принимаю, ― уверенно ответила ведьма.

― Согласна ли выполнять свои обязанности и следовать законам, написанным твоим предшественником?

― Согласна.

― Будешь ли ты впредь верна Кругу и свету?

― Буду.

― Нарекаю тебя Магистрой. Наши судьбы отныне в твоих руках!

После этих слов вся чародейская часть присутствующих опустилась на колени и склонила головы перед новой правительницей. Сама Джулия держалась величественно, хотя все же чувствовались некие тревожные вибрации, исходящие от нее.

― Она рождена быть королевой! ― восторженно шепнула Анетт Яну. Кивком головы тот подтвердил, что согласен.

― Старейшины сделали правильный выбор, ― довольно прошептала Ева Армину. ― Уверена, Джулия сумеет справиться со своей новой задачей.

― В случае затруднений мы ей поможем, ― с улыбкой ответил Армин и незаметно поцеловал жену в щеку.

Церемония была недолгой. Подобные мероприятия не требовали много времени. После окончания Джулия подошла к Иезекилю.

― Теперь я должна буду переехать в замок? ― спросила она.

― Да, Магистра, ― ответила старейшина. ― Отныне ваше место в этих стенах.

― Но в Ташкенте у меня остался муж. Я не могу его бросить.

― Ваш муж ― обычный человек?

― Да.

Иезекиль вздохнул, над чем-то задумавшись. Спустя несколько секунд произнес:

― Замок защищен от взора простых смертных, Магистра. Мы не вправе менять уставы либо снимать защиту. Но вы можете обратиться к Antistes. Если он согласится сделать исключение для вашего мужа, значит, вы сможете поселить его рядом с собой.

― Спасибо, Иезекиль.

После разговора старейшина удалился, а Джулия направилась к Армину, беседовавшему с Евой, Яном и Анетт.

Армин не выразил протеста просьбе Джулии, согласившись открыть Кристоферу доступ в замок.

― Муж и жена должны жить вместе, ― сказал он. ― Не беспокойся. Завтра мы решим этот вопрос.

― Большое спасибо, Армин. А сейчас, если вы все не против, я отдохну.

― Конечно.

Джулии была отведена бывшая комната Дориана. Она была большой, просторной и светлой. Ведьма немного скованно чувствовала себя в этом помещении, но надеялась, что с приездом мужа все изменится. Она вспомнила, как когда-то Ева ощущала то же самое. Но теперь замок стал для нее родным домом, откуда ей не хотелось уезжать.

Так, незаметно настал вечер. Все разошлись по комнатам, и зал опустел. Анетт и Ян, следуя то ли давним традициям, то ли велениям совести, по-прежнему спали в разных комнатах, Джулия беспокойно ворочалась на новом ложе, Армин и Ева предались любви в темной спальне.

Элла Келлер, сидя у зеркала, неторопливыми движениями снимала макияж. Насыщенность дня ее несколько утомила. Увидев в зеркале мужа, вошедшего в комнату, она оживилась.

― Где тебя носит? ― Элла повернулась к нему. ― Я уже собралась искать.

― С каких пор ты стала заботиться обо мне? ― с иронией высказал Фридрих. ― Заканчивай скорее. Хочу вспомнить былые времена. ― Он подошел к ней и медленно провел пальцами по ее шее.

Элла удивленно приподняла брови.

― Посмотрите-ка на него! Я не узнаю тебя, Фридрих. Давно ты не был таким темпераментным.

― Разве плохо, что я возжелал свою жену? ― с наигранным удивлением спросил он.

― Да нет… Просто странно.

― Я еще удивлю тебя.

Закончив, наконец, процедуру, Элла умылась и легла в постель. Прежде тихий и сдержанный муж набросился на нее как дикое животное. Срывая малочисленную одежду, он не переставал жадно целовать уже давно не молодое тело.

― Да, что с тобой?! ― воскликнула изумленная Элла.

Фридрих приподнялся над ней и улыбнулся. Но недоброй была та улыбка. В следующий миг его пальцы сомкнулись на шее жены. Элла забилась в конвульсиях и попыталась оттолкнуть его, но хватка мужа была стальной. Вздрогнув еще несколько раз, тело ее обмякло. С презрением глянув на нее, Фридрих оделся и вышел из комнаты.  ­­

 

Глава 37

 

За завтраком, как всегда, было шумно. Обсуждались планы на грядущий день, велись бытовые беседы.

― Иногда мне кажется, что каждое утро замок превращается в рыночную забегаловку, ― проворчала Анетт.

Ян, сидевший напротив, усмехнулся:

― Вижу, кто-то сегодня не выспался!

― Мне снилась всякая ерунда, ― отмахнулась Анетт.

― Что именно? ― насторожился Ян.

― Не бери в голову.

― Я имею право знать.

― Мне снился отец… ― Анетт погрустнела. ― Он был чем-то встревожен. Кажется, хотел предупредить.

― О чем? Тебе угрожает опасность?

― Не знаю. Я вообще ничего не поняла.

― Что конкретно он сказал?

― Что-то вроде: «Опасайся второго лица». Да, кажется, так.

― Второго лица? ― Ян приподнял бровь. ― Что это значит?

― Понятия не имею.

― После завтрака я поговорю с Армином. Может, он что-то знает об этом.

― Не надо, Ян. ― Анетт взяла его за руку. ― Это просто сон.

― А что, если нет?

― Вот зачем я тебе сказала? ― посетовала Анетт. ― Ты такой впечатлительный!

― Я просто осторожный, ― буркнул Ян и продолжил утреннюю трапезу.

Через некоторое время в столовой появилась Корделия с двумя помощниками. Молодые колдуны ловко сгребли со столов грязные тарелки и скрылись с ними за маленькой дверью.

― А где Фридрих и Элла? ― спросила повариха, подойдя к столику Яна и Анетт. ― Они не спускались к завтраку.

― Ой… ― Анетт сглотнула кусочек мяса. ― Я даже не заметила. И, правда, где они?

― Может, заболели? ― предположил Ян.

― Сразу оба? ― Корделия искоса посмотрела на него. ― Нет, здесь что-то другое. Надо послать к ним кого-нибудь, пусть проверят.

― Я схожу, ― вызвался Ян.

― Я с тобой, ― тут же сказала Анетт.

― Вы сначала доешьте.

Развернувшись, Корделия отправилась в кухню.

После завтрака Анетт и Ян пошли проведать семью Фридриха. По пути они встретили Армина. Вид у того был слегка сонным.

― Что-то ты сегодня поздно проснулся, ― весело заметила Анетт. ― С добрым утром!

― С добрым. ― Армин улыбнулся. ― Решил изменить режиму и немного полениться. Вы уже позавтракали?

― Да. Иди, может, Корделия припасла для тебя что-нибудь вкусненькое.

― Я не голоден. ― Армин перевел взгляд с нее на Яна. ― Тебя что-то беспокоит?

― Вообще-то, да, ― стушевался тот. ― У меня к тебе есть вопрос.

Анетт демонстративно закатила глаза.

― Задавай, ― не обратив внимания на ее жест, сказал Армин.

Вкратце Ян поведал ему сон Анетт. С каждым словом Армин становился более хмурым.

― Ты знаешь что-нибудь о “втором лице”? ― закончив повествование, спросил Ян.

Армин потрогал подбородок и посмотрел вдаль.

― Нет, ― наконец, произнес он. ― Впервые об этом слышу. Но постараюсь разузнать больше.

― Брось, Армин! ― Анетт махнула рукой. ― Ну, мало ли, что может присниться!

― Такие сны не снятся просто так! Я узнаю, что имел в виду твой отец, и сообщу вам.

― Спасибо, ― облегченно сказал Ян, Анетт же недоверчиво поморщилась. ― Кстати, тебе не встретился по пути Фридрих? Или Элла?

― Нет. А разве они не завтракали?

― Нет. Вот мы и идем, чтобы проверить, все ли у них в порядке.

― Сообщите мне, если что-то не так, ― сказал Армин, затем ушел, по всей вероятности, к себе в кабинет.

Едва пара поднялась на второй этаж, как их окликнула Ева. Ян и Анетт остановились. Подойдя к ним, Ева поприветствовала их и спросила:

― Вы не видели Армина? Я только что вернулась с прогулки, а его нет в спальне. Он собирался поспать подольше.

― Да, сегодня прямо день потерь! ― рассмеялась Анетт. ― Только что видели. Он на первом этаже. Похоже, направлялся в кабинет. Вы с ним разминулись.

― Спасибо. ― Еву озарила радостная улыбка. ― А почему ты сказала, что сегодня день потерь? Кто-то еще пропал?

― Фридрих и Элла, ― сказал Ян. ― Они не спустились в столовую. Мы идем, чтобы проверить, все ли у них хорошо.

― Сходить с вами? ― обеспокоенно спросила Ева.

― Не надо. Мы сами.

― Ну, хорошо. 

Наконец, Ян и Анетт дошли до комнаты четы Келлеров. На пути им больше никто не встретился. Остановившись у светлой дубовой двери, они переглянулись. Из комнаты доносились слабые шорохи. Прислушавшись, Ян осторожно постучал, рефлекторно прикрыв собой Анетт. Шорохи резко прекратились, но никто не открыл дверь.

― Господин Келлер? ― позвал Ян. ― У вас все хорошо?

Ответа не последовало.

― Фридрих! ― это был голос Анетт. ― Вы у себя?

Тишина.

Бросив взгляд на Анетт, Ян уверенно толкнул дверь. Она оказалась не запертой. Тихо скрипнув, дверь приоткрылась. С опаской просунув голову в щель, Ян мгновенно застыл, как вкопанный: Фридрих сидел на полу, сжимая безжизненную руку уже побелевшей жены, и тихо плакал. Он не обратил внимания на вошедшего.

Кровь отхлынула от лица Яна. Медленно высунув голову обратно, он повернулся к Анетт. Увидев, как изменился взгляд жениха, девушка шепотом спросила:

― Ты там привидение увидел?

― Хуже, ― сдавленно прошептал Ян. ― Элла Келлер мертва.

 

Без стука, Ян и Анетт вбежали в кабинет Армина. Ева, до этого сидевшая у него на коленях, резко вскочила и изумленно уставилась на вторженцев.

― Армин! ― с ходу прокричал Ян. ― Там… там Элла… Она...

― Элла мертва! ― громко выпалила Анетт.

― Что?! ― в один голос воскликнули Армин и Ева.

― Она там… в своей комнате, на кровати. Мертвая… ― Голос Яна по-прежнему дрожал.

Армин ошарашено переглянулся с женой и быстро вышел из-за стола.

― А Фридрих? Где он?

― Там же, ― ответила Анетт. ― Только, похоже, он невменяем.

Не сказав больше ни слова, Армин поспешил в комнату Келлеров. Остальные пошли за ним. Оказавшись на третьем этаже, он распахнул дверь и замер на пороге. Побледневшая Элла лежала с гримасой ужаса на лице, а муж продолжал нервно сжимать ее руку.

― Что здесь произошло? ― шокированным голосом спросил Армин.

Фридрих не ответил. Подойдя к нему, Армин встряхнул его за плечи.

― Фридрих!

Тот задрожал, после чего безучастно посмотрел Армину в глаза.

― Я не знаю… ― прошептал он. ― Я был… всю ночь я был в библиотеке. Искал книги с заговорами для Эллы. В последнее время она плохо себя чувствовала. Дориан как-то посоветовал...

― Короче! Когда ты нашел тело жены?

― Утром. ― Оборотень снова заплакал. ― Я вошел в комнату, а тут она...

― Ты видел убийцу?

― Нет...

Армин повернулся к стоявшим у порога.

― Позовите кого-нибудь из лекарей. Пусть приведут его в себя. Ева, распорядись, чтобы вынесли тело и привели в надлежащий вид. Также сообщи ответственным за погребение, чтобы приготовили все необходимое. А я допрошу жителей. Может, кто-нибудь видел убийцу.

Синхронно кивнув, все трое разошлись выполнять поручения.

Допрос занял много времени. За тот период Фридриха привели в чувства, и он, борясь со скорбью, давал малозначимые показания. От остальных жителей тоже было мало толку. Никто ничего подозрительного не видел. Однако слова одного из слуг заставили Армина насторожиться.

― Когда я убирался в одной из пустых комнат на третьем этаже, ― сказал молодой слуга-оборотень, ― то позабыл в подсобке порошок. Я спустился за ним, но когда вернулся, то увидел, как Фатер[1] Фридрих вышел из комнаты и быстро удалился вниз по лестнице. Я едва успел спрятаться, и он меня не заметил.

― Во сколько это было? ― спросил Армин.

― Примерно в одиннадцать часов вечера, ― ответил слуга.

― Спасибо. Можешь идти.

Через несколько минут Армин говорил в кабинете с Евой.

― Это не может быть он! ― не верила она. ― Ты же видел, в каком он состоянии.

― Фридрих сказал, что был в библиотеке с девяти часов. А) у него нет свидетелей, чтобы это подтвердить; б) даже если он возвращался в комнату, почему не сказал об этом?

― Может, он не счел это важной информацией? Не торопись, Армин, подумай. Зачем ему убивать свою жену?

― Думаю, у него было достаточно причин для этого.

Спустя пять минут Фридрих уже отвечал на вопросы Армина.

― Это абсурд! ― воскликнул он после того, как тот озвучил свои подозрения. ― Ты в своем уме! Зачем мне это нужно?

― Почему ты не сказал, что заходил ночью в спальню? ― хладнокровно спросил Армин.

― Я не заходил! Сколько раз еще мне повторить?!

― Слуга тебя видел.

― Возможно, он обознался. Клянусь, я всю ночь провел в библиотеке.

― Кто может это подтвердить?

― Никто. Я был там один.

― Я тебе не верю. У тебя был повод убить Эллу, и не один.

― Но я не убивал!

― Больше некому.

― Армин, мы знакомы много лет… ― По щекам Фридриха потекли слезы. ― Поверь мне, прошу.

― Прости, Фридрих. ― Армин сделал немой жест двоим слугам, и те схватили оборотня под руки. ― Факты против тебя.

― Нет! Умоляю! Я не убивал ее!

Но его уже волокли в темницу.

 

Вечером на суде собрались все: Армин, Ева, Джулия и ее муж, с утра поселившийся в замке, Анетт, Ян, Петр и остальные жители. Ева стояла около брата и переговаривалась с ним. Тот был удивлен сложившейся ситуации.

― Он казался мне нормальным, этот Фридрих, ― сказал Петр. ― Не думал, что он убийца. Как можно убить собственную жену?

― Это немыслимо. ― Ева поежилась. ― Хоть поначалу Фридрих мне не нравился, но позже я сумела понять его и полюбить. Он был так искренен с Анетт, когда раскаивался, всегда старался нам помочь, а тут...

― Так вот что значили слова папы! ― говорила на другом конце зала Анетт. ― Он имел в виду Фридриха. Его маску. А “второе лицо” ― это его истинный лик. Отец боялся, что он может меня убить.

― Возможно. ― Ян кивнул.

Суд признал Фридриха виновным в убийстве жены и приговорил к казни. Слезы и мольбы не помогли ― все видели в нем убийцу. Последнее, что попросил Фридрих, это присутствовать на похоронах жены, которые должны были состояться на следующий день. Армин позволил ему это.

После окончания суда Джулия, немного утомившись, возвращалась в свою комнату. Все, что она хотела ― хорошо выспаться. Крис ушел раньше. Он не любил подобные мероприятия.

Открыв дверь, она зажгла канделябр у входа, но тут же в ужасе отпрянула к стене. На полу, неестественно скрючившись, лежал ее муж. Глаза его были выпучены, а изо рта на ковер капала пена. Около Кристофера лежал стеклянный бокал с использованным пакетиком чая. 



[1]
  От нем. Vater ― отец

Титул главы оборотней, обозначающий верховного вожака.

Рейтинг: +1 Голосов: 1 353 просмотра
Комментарии (13)
Новые публикации
Несмотря ни на что!
Несмотря ни на что!
сегодня в 10:36 - Рина Сокол - 0 - 7
Бывай родимая станица
сегодня в 10:08 - Алексантин - 0 - 6
Стихотворение о войне
Испытание жизнью. Часть 1. Глава 2.
сегодня в 09:10 - Иван Морозов - 1 - 16
Очередной каламбур в прежнем репертуаре
Очередной каламбур в прежнем репертуаре
вчера в 18:03 - Фейблер - 0 - 12
В поисках возможностей вредить политическим недругам
Оно во мне всегда живёт
вчера в 17:51 - Алексантин - 0 - 10
Хотя слегка кривлю душой
вчера в 17:25 - Алексантин - 0 - 10
Испытание жизнью. Часть 1. глава 1.
вчера в 16:03 - Иван Морозов - 4 - 35
Крылами синими махает
вчера в 10:22 - Алексантин - 0 - 11
Сижу один, чешу макушку
вчера в 09:56 - Алексантин - 0 - 10
Наш животик кругленький
Наш животик кругленький
вчера в 09:45 - Сергей Прилуцкий - 1 - 13
Счастье каждым месяцем Тяжело, но светится  
Не вечно быть нам одинокими
Не вечно быть нам одинокими
вчера в 09:42 - Сергей Прилуцкий - 0 - 10
Не вечно быть нам одинокими, Свиданье суждено, поверь.  
Исследование мистического существа бяньши
Исследование мистического существа бяньши
18 февраля 2018 - nmtrkulova - 4 - 36
Редчайшее мифическое существо — бяньши (банши). Кое-кто полагает, что его появление предвещает скорую смерть. У меня другое видение  — научно-фантастическое, с которым я и хочу Вас познакомить....
Песенка о дворнике
Песенка о дворнике
18 февраля 2018 - nmtrkulova - 0 - 14
Песенка сложилась после сегодняшней прогулки по заснеженному городу. Отсутствующие или еле-еле шевелящиеся присутствующие дворники — примета нашего времени. Следы их уборки практически не заметны.
Баба Яга и ее внутренний голос
Баба Яга и ее внутренний голос
18 февраля 2018 - nmtrkulova - 11 - 53
Это первая из историй из жизни Бабы-Яги Настены. Наша русская лесная нежить живет интересной и насыщенной жизнью. Если Вам, уважаемые читатели, понравится рассказ, то последует...
Мне по душе покой и лень
18 февраля 2018 - Алексантин - 0 - 11
Наверно всех меняет время
18 февраля 2018 - Алексантин - 0 - 10
После дождя
18 февраля 2018 - Дмитрий Шнайдер - 1 - 20
Первая морщинка
18 февраля 2018 - Дмитрий Шнайдер - 0 - 15
Клубы
Рейтинг — 383315 9 участников
Рейтинг — 179300 10 участников

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования