Доргая руда или порода пустая

5 апреля 2015 - Kira Martin
article6311.jpg

Поезд остановился на железнодорожной станции ненадолго.

 "Харцизск" – напоминали, приезжающим  огромные буквы на здании вокзала. Прямо с перрона погрузились в кузов  уже ожидавшего  экспедиционного грузовика.

Вскоре выехали на, спускающуюся по склону, часть дороги. С восхищением и не скрываемым интересом, рассматривали открывшуюся взору панораму: песчаный берег вокруг почти овального то ли озера, то ли искусственного водоема, с нависающими над водой косами ивовых зарослей; до самого горизонта  поля  с  холмистыми перекатами, пересеченные лесополосами;  небольшой городок, затерявшийся среди  деревьев.

Справа на высоком холме одиноко и торжественно возвышалось современное здание универмага «Белая лебедь». Любопытно, что в тех краях, это было часто встречающееся название.

Все сотрудники экспедиции  -   рядовые, и инженерно – технические кадры  —  проживали в гостинице на улице Пионерской. База  геологов располагалась на окраине, в производственной зоне.

Завтракали перед  началом трудового дня в ресторане, спускаясь на квартал ниже. На обед привозили в рабочую столовую на «знакомом» уже грузовике. Вечерняя трапеза зависела от личных желаний и возможностей.

Весеннее бездорожье, глубокие, чуть ли не до самого дна кузова, колеи изматывали болтанкой и водителей и пассажиров.

Сырой воздух, почти постоянно дующий, пронизывающий ветер, омрачали, настроение, в какой-то степени и так напряженное, из-за резкой смены обстановки и привыкания к новым условиям труда.

Цитата -  «забудьте все, чему вас учили» — стала явной и актуальной.

Но, все когда-нибудь кончается! Обжились, свыклись, научились! Жить и работать стало легче во всех смыслах, и тут, как нельзя,  кстати, воцарилось Лето.

Буровых мастеров было столько же, сколько техников, как положено по штату. Тане досталась СБУ,  водруженная  на неповоротливый  Студебекере.  Хлопот с буровым мастером Толей и пом.буром из местных, было не мало. Работали хорошо, но если не досмотреть, к концу рабочего дня в «умате».

Мало того, что ответственность за оборудование, буровой процесс, оформление журнала, геоморфологическое описание и обработка кернов; соблюдение ТБ и здоровье бригады возлагалась на техника, так еще приходилось  играть   роль  «пастуха», чтобы «бараны», неуверенно державшиеся на ногах, не уронили колонну из труб.

Как-то дошло до смешного, правда, смех, сквозь Танины слезы, оказался. Бурение завершили, вышку опустили, закрепив, как положено, собирались на заправку в г.Шахты. Только, когда втроем сели в кабину, почувствовала запах спиртного и, отъехав на приличное расстояние с места стоянки, с тревогой поняла, что ребят окончательно «развозит». Не «куковать» же в поле, пока проспятся.

Долго уговаривать не пришлось, их сморило, поэтому сама села за руль. На ее счастье грунтовая дорога «безлюдная» -  не шоссе.  Руль  «не ладил»  с колесами,  так медлительны они были. Навстречу двигалась телега. Впряженная лошадка и кучер опасливо погладывали на «ползущее чудовище».

— Только бы разминуться!» -  Таня вцепилась в баранку. Пронесло!  Как дорулила до заправки, не поседев, одному Богу известно.

— Ну, погодите! Еще раз такое повторится, пеняйте на себя! – предупредила, проспавшихся «героев труда» и  конечно  себя, чтобы впредь быть решительнее.

На некоторое время все наладилось, работа спорилась, но надолго терпения у ребят не хватило, и она снова не досмотрела, когда и как они умудрились принять спиртное. Пришлось заглушить двигатель и отстранить от работы. Конечно, Татьяна, переживала и за них, и какая реакция будет у начальства. Отступать от своих принципов не стала. Решение обоснованное, значит,  она права и может это доказать.

Анатолия вернули на базу в Харьков, временно отстранив от командировок, а помощник бурового мастера был из местных. Работа грязная, тяжелая, поэтому устраивалась не весьма благополучные кадры, а возможность экономить на командировочных, позволяла руководству не обращать на этот факт особого внимания.

Теперь самоходная буровая установка на новеньком ЗИЛ -131 радовала глаз и легко поддавалась управлению даже Таниным рукам. Николай, один из вновь прибывших буровых мастеров, совмещал и бурение, и вождение.

В «поле» находились до позднего вечера, возвращались с включенными фарами, чтобы быстрее закончить работу, тогда количество отпускных дней увеличивалось, и можно было поехать домой к родным, предварительно отчитавшись в ХОТЭПе.

Чтобы понять, в чем заключалась работа, следует рассказать об этом подробнее.

Сначала вездесущие геодезисты, спутники геологов, производили «разбивку и привязку к местности». Это значит, в том месте, где необходимо было бурить скважину, с целью изысканий, вбивали колышек, отмечая его на топографической карте.

Техник – геолог топала в кирзовых сапогах по полям независимо от времени года, в поисках этого колышка, ориентируясь по карте относительно репера. За это время бригада на прежнем месте, сложив вышку, собрав и уложив все оборудование на станину, подъезжала и устанавливала все сначала на новой точке.

Такая вот, монотонная закономерность!

 

                                                                                         ***

 

    Надо сказать, что Тане повезло с друзьями и коллегами: они были одно поколение не старше двадцати пяти лет, а руководство до сорока пяти. В бригадах царило взаимопонимание, дружеское взаимоотношение, работа спорилась. Этому способствовало хорошее настроение. Каждое утро  отправлялись в «поле", ободрённые, после «гимнастики» с Высоцким и песнями ВИА» Цветы», которые дарили им виниловые диски.

Работа, когда все ладится, получается, не портит настрой и отношения; доставляет радость и возможность созидания. Когда понимаешь, что твой труд не просто интересен тебе, но и приносит ощутимую пользу на благо – это называется найти свое призвание.

Производственные казусы и эксцессы ничто в сравнении с удовольствием от того, что делаешь сам; от понимания, что набираешься опыта, прибавляя навыки и новые знания.

Свежий воздух стал таким привычным, что трудиться в кабинетах, при случае, было крайне трудно. Казалось, что этого воздуха легким просто не хватало! Окружающая постоянно, природа, своим разнообразием и непредсказуемостью, в зависимости от времени года, от климатических особенностей и географии, радовала глаз или испытывала на выносливость, закаляя и приучая к себе. Кочевая жизнь в экспедициях научила приспосабливаться ко всем неудобствам, как к должному, и к специфическим особенностям профессии.

Бригада, как одна семья, а буровая установка, как детище, потому заботливо прислушивались, наделяя одушевленными качествами, работу механизма.

— Таня, ты слышишь, что твердит двигатель? – спросил, как — то весельчак помбура.

– Ну, вслушайся!  – не унимался.

Таня, конечно, слышала, что мотор выводит какие переливы в звуке, работает не монотонно, но его ответ был непредсказуем и надолго развеселил всех.

— Р-р-ка-цители!!!!  Р-р-р-ка-цители!!! – действительно, теперь это слышалось явно.

Ну что еще, мог «говорить» мотор любителям выпить кисленького винца?

Молодость делала свое доброе дело, шутила и веселилась, развлекалась и увлекалась.

Танина романтичная натура, как обычно, не останется незамеченной, да и сама, присмотревшись внимательнее, выделит из всех «своего» бурового мастера, Николая Самохина. Кареглазый, с пшеничными волосами, быстро выгоравшими на солнцепеке, он приехал из села, неподалеку от Калуги.  С Толиком Шарковым, которого с первой встречи покорила жгучая красота Ларисы, – они односельчане.

Дружеская симпатия Тани и мастера, сначала очень стремительно переросла в длительную влюбленность, тем более постоянное присутствие большую часть времени суток рядом, способствовало этому. Правда, «подруга», так и не забросившая свое пристрастие к «напиткам радости», вскоре лишилась расположения Толика. Парень был серьезным, не избалованным и неиспорченным городскими искушениями, поэтому боролся с разочарованием. Ему сочувствовали. Хороший парень, а угораздило же так неосторожно влюбиться. Несмотря на достоинства, как-то никто из девчат серьезно его не воспринял. Внешне он был просто приятным, «мягким и кругленьким», как бы соответствовал своей фамилии.

Зато, когда через год вновь прибыло пополнение специалистов, и практичная Светочка, однажды брошенная «красавчиком», прибрала его к рукам, рассудив практично, все вдруг поняли, что упустили «синичку»!

Как – то, лет через пять, когда в его семье будет уже три дочки, а Танина жизнь будет иметь свои «прелести», она поинтересуется, как же так сложилось.

— Куда мы все смотрели, Светочка? Такого мужичка упустили! – старательно протирая стекла их «Москвича», наигранно будет «возмущаться» Таня. От нечего делать напросилась помыть машину, у них и так «хлопот полон рот».

— Так вы же красивых  искали, а я — хозяина! – парировала, счастливо улыбаясь, Светочка, погладывая на мужа.  Толик, уже зная себе цену, не подаст вида, что слышит этот разговор о нем.

 

                                                 ***

 

   Взаимная привязанность, стремительно перерастала в необходимость чувствовать друг друга все чаще и ближе. В юности все быстротечно, всем знакомо!

Видимо влюблённость, становилась похожей больше на долгожданную любовь. Так воспринимала происходящее не только Таня. Николай всегда и везде находил возможность нежно притронуться к ее руке и еще нежнее, поцеловать. От его прикосновений накатывалась «удушливая волна», наполняющая ответной нежностью и желанием, чтобы эти счастливые мгновения не кончались никогда.

Можно сказать, что такая реакция прежде была незнакома Тане. Она все-таки спокойнее или равнодушнее относилась к «объектам своих увлечений» раньше, казалось ей теперь, когда стало с чем сравнивать.

Как – то вечером, молодежь развлекала себя, гоняя мяч по кругу, играя в, так называемый, дворовый волейбол. От сильного ненаправленного удара мяч залетел за «живую изгородь» из плюща перед парадным входом в гостиницу. Не сговариваясь, Таня  и Николай  бросились догонять «шарик", ведь игра прервалась, но скрывшись от глаз, играющих, присели на парапет… и, держа мяч при себе, забыли, зачем они здесь, надолго.

— Эй, мяч – то верните!!! – веселился народ, понимая, что дождаться,  без напоминая, не реально.

Николай перебросил, требуемое,  через ограду и, взявшись за руки, они отправились бродить по тихим улочкам городка до самой темноты.  Говорили о многом, делились своими мечтами. Однако, утром ранний подъем, и вынужденное нежеланное расставание наступало, как всегда, так не кстати.

Первая разлука оказалась не длительной, всего часов на шестнадцать. Таню отправили с геодезисткой в небольшой городок – спутник Счастье. Надо было срочно «привязать местность» под начало строительства объекта. Ей предстояло с геодезической рейкой наперевес, отправляться по всем направлениям, куда укажет специалист. Местность песчаная, с хвойным бором – красота. Даже после дождей здесь никогда не бывает грязно, ведь вода быстро просачивается сквозь песок. Зато двигаться становилось все труднее, ноги поневоле начали уставать. Решили закончить работу, как можно быстрее, чтобы не оставаться с ночевкой. Одним словом, работали ударно – заинтересованно! Стало смеркаться и, в конечном счете, Танины ноги перестали ей подчиняться. Она обессиленно опустилась на песок, и слезы обиды на саму себя, покатились из глаз.

— Я не могу даже шевелиться, всю сковало! Нет сил! Что же делать? – пояснила коллеге, понимая, что их желание вернуться назад сегодня, под угрозой несбыточности.

Водитель, который томился все это время в кабине, сто раз выспавшись, видимо пожалел Таню. Молча, поднял, лежащую на песке, рядом с ней рейку и пошел на последнюю точку.

-Ура, мы спасены! – девушки были ему несказанно благодарны.

Это придало сил, и Таня добралась до машины, устроилась на сидение и, пока ехали обратно, ощутила, что усталость покидает ее молодое тело.

Было за полночь, когда вошли в гостиницу, но в гостиной перед телевизором застали болельщиков, шел футбольный репортаж. Их неожиданное появление вызвало радостное оживление, что так приятно каждому, кто сам рад встрече.

 

                                                 ***

 

 

    Снова вместе от рассвета до заката: на работе и на отдыхе; вдвоем и с друзьями.

Но, «после радости неприятности по теории вероятности», — вернее не скажешь, и приказ начальства о Танином переводе в другие края, прозвучал, как гром среди ясного неба. Как известно, приказы не обсуждаются, на геологов такая тенденция тоже видимо распространяется, поэтому пришлось собираться в дорогу.

Ожидание расставания на неизвестный срок испортило прощальный вечер. Трудно было скрыть грусть. Бродили, не замечая, что моросил тихий теплый дождь, видимо природа сопереживала влюбленным.

С утра Таня осталась на базе, надо было пробежаться с обходным листом, оформить и отправить в институт журналы, с описанием, пробуренных ими, скважин. Ребята, управившись с работой, пораньше вернулись на базу.

Решили проводить, убывающую подругу, всей толпой  загрузились в кузов грузовика.  Вскоре, дорога по пологому склону «взобралась» на возвышенность, и Таня окинула прощальным взглядом, оставшийся позади пейзаж, не так давно поразивший ее впервые. Больше, в именно этих краях, ей побывать не придётся. 

Прибыли в Харцизск задолго до отправления, потому что парни заранее решили, что пригласят всех в привокзальный ресторан, чтобы угостить вкусным блюдом. Сами как-то попробовали и были в восторге.  Посетителей не было, и потому все внимание сосредоточили на веселой компании. «Глэчики» оказались, действительно, очень вкусными. Это блюдо из украинской кухни. Проще говоря, мясное жаркое в керамических горшочках с овощами, грибами и сверху укрытое «пышной шапкой» из запеченного теста, как – будто опара слишком «подошла» и, выползая через край, запеклась румяной корочкой. Запили все это удовольствие прозрачным, ярко – малинового цвета ягодным прохладным компотом из стеклянных пузатых кувшинчиков, которые расставила перед ними на столы, улыбчивая официантка. Засиделись, не заметили, как время просто улетучилось.

Помчались на перрон, чтобы успеть понять, где остановится нужный вагон. Да, одна голова хорошо, а две – еще хуже! – не иначе.

Поезд Тбилиси — Николаев, показался, почему  - то не с той стороны с какой его ожидали.  Какой  – то дезориентир случился в головах! Пришлось бежать быстро, в самый хвост состава, потому что стоянка всего две минуты!

Как успели, как подняли с земли наверх и поставили в тамбур, (перрон отсутствовал) Тане  не понять до сих пор. Чемодан закинули, когда поезд уже начал движение. Ай, да ребята, повеселили, ничего не скажешь!

 

                                               ***

 

    В грязном, прокуренном плацкарте, яблоку упасть было негде. Лечь, до самого пункта прибытия  не представилось возможным. На нижней полке остаться одной было бы роскошью.

В четыре утра этот кошмар, наконец – то, закончился. Проводник – грузин, с «горячим» кавказским акцентом, оповестил, что поезд прибывает на станцию Голда.

Автовокзал, к счастью, находился на привокзальной площади, искать не надо. Но на этом везение закончилось, в принципе, и не начавшись! Билет на автобус взяла, удобно расположилась на сидении, но только выехали за черту города, путь преградила «стена» непроглядного тумана. Свет фар «натыкался» на эту стену на расстоянии не дальше метра. Остановились, как в вакууме. «Злодей» поглощал все звуки и не позволил продолжить движение, пока не вышло из-за горизонта тусклое, еле различимое сквозь пелену тумана, солнце. Автобус продолжил движение по маршруту. Через несколько часов показалось село. Таня вышла одна, поблагодарив водителя: все – таки он старался довезти пассажиров благополучно в условиях плохой видимости на трассе.

Константиновка расположилась на пригорке. Внизу, между каменистых берегов, стремительным потоком мчал свои чистые и студеные воды Буг. После дождей улицы превратились в сплошную непроходимую колею, почва здесь глинистая.  Скользкая грязь доставила массу неприятностей. Обувь приняла устрашающий вид, руки устали от чемодана, ведь все силы ушли на преодоление бездорожья.

База гидрогеологов находилась неподалеку от причала для парома, курсирующего между берегами. На противоположной стороне, напротив, тоже на пригорке, разбросаны в хаотичном порядке домики.  Отметилась, уточнила где, на какой машине, с какой бригадой ей предстоит завтра начинать работу. Разъяснили, как добраться до дома, в котором будет проживать. Там же, в одном дворе и экспедиционная столовая, где можно подкрепиться с дороги, ведь все уже позавтракали и выехали в «поле».

Жизнь на новом месте пошла своим чередом. Правда, кроме Олежки, «израненного ею когда-то» и геодезистки Верочки, знакомых пока не наблюдалось. Первое время было грустно. По вечерам в одиночестве просто «убивала» время. Скучала, конечно, без друга.

Сельская библиотека порадовала наличием книг, которые застать в городской не было возможным. Поэтому обогатила свой «литературный багаж» основательно, доставив удовольствие местной библиотекарше, частыми набегами за новой партией книг.

Период  дождей закончился, и, по прошествии  двух недель, пришло сообщение, что работы в ЗУГРЭСе окончены, и вся партия колонной днями прибудет в Константиновку.

   Пополнение ждали к вечеру, после столовой все подтянулись к базе, с нетерпением посматривая на грунтовую дорогу, которая ответвлялась от трассы, когда же появится колонна. Таня, конечно, с трудом скрывала волнение, ведь сейчас она снова увидит Его.

— Едут, смотрите!!!  Наши едут!!!  — известил чей – то ликующий крик, все засуетились, всматриваясь в приближающиеся СБУДы, с охватившим чувством радости от встречи и гордости за своих, ведь как грациозно смотрятся.

 Таня не стала при всех подходить к машине, устраивать «сцену встречи» напоказ. Вернулась домой.

— Увидимся, когда суета уляжется, и с дороги ребята устали, шутка ли такое расстояние за рулем, – мудро уговорила себя.

— К тому же давно не виделись, мало ли что могло измениться. Надо посмотреть, как скоро, Николай сам захочет ее увидеть, – продолжала рассуждать, чтобы успокоиться, но странная тревожность не отпускала. Наверно, это было предчувствие, ведь интуиция ее все реже подводила, «взрослела» вместе с ней.

Увиделись вечером в столовой. Таня специально припозднилась. Пришла, когда все уже кушали. Села за другим столом, напротив, и…  встретила знакомый, милый сердцу взгляд. Никто ничего не заметил, и они промолчали. Порой взгляда достаточно, чтобы понять друг друга без слов.

«Значит, я права в догадках, что-то изменилось», -  не давала ей покоя назойливая мысль.

Позже, когда все разошлись на отдых, Николай все-таки пришел.

— Здравствуй, Танюша, поближе! Извини, что сразу не подошел! Я присяду? В общем, нам предстоит серьезный разговор! – выпалил целую тираду, не дожидаясь ответа, сел, сложив руки на столе.

Таня — напротив. Смотрела, не отрывая глаз от его лица, пыталась уловить, о чем пойдет речь. То, что услышала, шокировало.

— Понимаешь, там, дома, живет Галина, с которой я встречался, пока не уехал по направлению, -  начал свой рассказ издалека.

— Я же не знал тогда, что здесь узнаю тебя, – прозвучало, как оправдание.

— Коля, не надо, рассказывай, все, как есть, — не было желания напрасно верить, что еще любит ее. Видимо уже предугадывала исход. Начитанной Тане, стало ясно, что все будет банально, как в плохом романе, поэтому любила читать только стоящую литературу.

— Таня, ты должна выслушать меня до конца, чтобы сделать правильный вывод. Я вижу,  ты уже все предположила! – Николай старался сгладить, надвигающиеся непонимание и недоверие.

— Хорошо, я выслушаю тебя, продолжай! – пообещала, старясь сдерживать свои эмоции. 

— Ты должна понять, Таня. Что не все теперь зависит от меня. Деревня у нас небольшая. Все на виду. Мы росли, учились вместе, потом, когда стали встречаться, показалось, что пришла любовь, — он снова сокрушенно вздохнул.

– Понимаю. Очень даже! – вставила реплику.

— В общем, коль понимаешь, мне легче. Теперь ей нет покоя в жизни, ведь позор для девушки. Понятно, что вина на мне. Разве можно подло сделать вид, что я ни при чем? – и спрашивал и утверждал одновременно, Николай. Чувствовалось, что расстроен.

-  Конечно, подло прятаться в кусты в такой ситуации. Думаю, ты не способен на такое, – больно было говорить об этом. «Значит, она согласна отказаться от своей любви в пользу другой».

— Я был уверен, что ты все-таки правильно меня поймешь. Ведь я тебя за то и люблю, что ты особенная! – эти слова вывели Таню из равновесия,  с таким трудом  сдерживаемого,  Глаза наполнились слезами, голос не слушался. Ничего не могла ответить. Да и надо ли было? Все ясно, как белый день.

Николай, конечно, заметил ее удрученное состояние.

— Что же нам делать? Мне тоже сложно представить, что надо расстаться. Я между двух огней, – в запале произнес фразу, которая возмутила её.

— Я никогда ни для кого не стану одной из, -  срывающимся голосом прервала его жалобу.

— Я тебя поняла. Какое твое решение догадываюсь, но уточни, если считаешь нужным, – предложила, угасающим до шепота, голосом.

— Танюша, милая, ты должна меня простить. Ведь все правильно понимаешь. Вот заработаю денег и поеду жениться. Иначе родные, сказали уже, знать меня не хотят. Позор я для них, видите ли!  Она тоже не виновата?  Ты согласна со мной?  — он хотел знать ее мнение.

— А что, у меня есть выбор, Коля?  Мое мнение или желание уже ничего не изменит, – ответила вновь и даже почувствовала, что сама верит тому,  что говорит.  От этого наступило безразличие к тому, что случилось.

«Неужели мне все равно? Не может быть!!! Почему так стало спокойно? Ведь я сейчас потеряю его навсегда?» – вопросы, как назойливые мухи, закопошились в голове.

— Хорошая моя, ты не должна переживать. Я не бросаю тебя, не разлюбил, но вынужден так поступить. Не хорошо на душе! Мы же будем работать вместе, останемся добрыми друзьями. Мне тоже нелегко,  я ведь живой! – Николай сжимал ее руки, пытался успокоить словами.

Да разве есть слова на свете, способные передать силу любви и боль от потерь!!!

Разве эту боль можно пережить в один момент, просто услышав слова: «Не переживай!»

"Смешно, не весело…  нет – это первая личная трагедия для нее!!!!"

— Никто не должен знать, о чем она сейчас подумала, а он…  тем более! Все равно, он ее предал, даже если обязан перед той, которая была раньше, – сделала окончательный вывод для себя.

— Останемся хорошими друзьями! Я не хочу говорить больше ни о чем! – согласилась, прощаясь.

Какие знакомые слова! Только раньше, она говорила их, чтобы самой прервать отношения. Сейчас другой случай: они помогают скрыть ее нежелание прощаться.

Николай уловил это «прощание» в ее голосе, ведь он так хорошо изучил свою Таню. Тут же встал из-за стола. Какое-то время стоял, отрешенно глядя мимо. Потом все-таки решился. Нежно поцеловал, как прежде, обнимая ладонями ее лицо.

Прощальный поцелуй – самый «горький «на свете, даже если эти губы когда-то были слаще меда. Такая она, горечь расставаний!

Видимо горько было настолько сильно, что все другие чувства словно «атрофировались». Тане казалось, что ей даже безразлично стало, что он теперь чужой.

Все – таки, задетое самолюбие свою роль сыграло, не иначе!

Работу закончили досрочно и снова, после отчета в Харькове, всем предоставили отпуск на оставшиеся дни. Таня уехала повидаться с родными, Николай в деревню, решать свои неотложные проблемы.

 

                                                                               ***

 

    Увидев радостные дорогие лица, Таня, конечно, «оттаяла» в какой-то степени. Тоска горю не поможет, а расстраивать близких, тем более что-то объяснять, не стоило.

Вскоре стала свыкаться с мыслью, что опускать руки нет смысла: она молода, а впереди еще целая жизнь.

— «На чужом несчастье, счастья не построишь»,  - уговаривала себя в который раз. Это у той подруги не ладится, это ее счастье зыбко, а Тане чужого не надо, если свое, не задержалось.

Любимый Старый – Крым,  ни с чем несравнимая, не забываемая природа в его окрестностях. Родная обитель, постоянное внимание родных; лютики-цветочки, шелест листвы, шорох трав, пение птиц – все успокаивало, и душевные силы восстанавливались, стремясь навстречу новым ощущениям, чувствам и действиям.

Время пробежало незаметно. Отгулы закончились, настало время возвращаться. Сначала в институт, оформить командировочные и снова на строительство Южно-Украинской АЭС, чтобы продолжить изыскания со своей бригадой. Это и радовало, и напрягало одновременно. Предстоит встреча с Николаем и совместный каждодневный труд. Хватит ли душевных сил?

В Константиновке на столе лежал вполне ожидаемый сюрприз: письмо из Алуксне от Григория. Он сообщал, что настрой дембельский, но что–то задерживают, необходимо подготовить свою смену. Они ведь теперь «старики», а "молодняк, еще ничего из себя не представляет». Закончил свое послание, неизменной фразой, что  надеется на скорую встречу со своей подругой». Что ж удивляться такой уверенности, сама и внушила, что дождется в любом случае.

С утра все, как обычно, после завтрака потолпились на базе, перекинулись новостями, переодевшись,  в  располагающий к труду,  прикид. Укомплектованные бригадами и оборудованием, СБУДы торжественным строем покинули территорию, направляясь к скважинам по проселочным дорогам, вдоль пшеничных или ржаных полей.

Ветер гонял «волны», теребя тяжелые созревшие колосья. Среди «золотого» великолепия мелькали разноцветные пятна полевых цветов: «слабаки» красные маки, то и дело роняли свои лепестки на землю; гордые соцветия васильков, с резными «перышками» цвета неба и любвеобильные белоснежные ромашки.

Сравнительно свежий утренний воздух, до одиннадцати еще не успевал слишком прогреваться, но клубы пыли, взбиваемые колесами, разносились потоками от движения и ветерком, совершая свое «грязное дело».

Таня и Николай, отводили взгляды, как – будто там таилось что-то секретное. Общались только по рабочим моментам.

Вскоре, собравшись на ужин в столовой, застали незнакомую черноглазую девушку. Слегка раскосые глазки и черные длинные, гладко зачёсанные волосы делали ее образ запоминающимся.

«Приехала посмотреть, не удержалась! Видимо боится, что уведут!» — догадалась Таня, прежде, чем вошедший Николай, не скрывая удивления, сел возле девушки. Он  все–таки взглянул на Таню. Что-то, видимо,  хотел понять или тоже боялся,…  только её.

«Плохо же ты меня все-таки знаешь, дружочек,  если считаешь, что я способна унизить себя, устроив дележку!» – усмехнулась, не отведя взгляда.

Этих секунд  им хватило, чтобы прочесть вопрос и ответ в глазах друг друга.

                                                                                                    ***

©Copyright KiraMartin2014

Рейтинг: 0 Голосов: 0 319 просмотров
Комментарии (0)
Новые публикации
Мотылёк
Мотылёк
сегодня в 18:26 - Сергей Лысков - 0 - 7
история
За 132 минуты до конца света.
За 132 минуты до конца света.
сегодня в 18:22 - Сергей Лысков - 0 - 8
история 
Три солдата.
сегодня в 15:44 - Иван Морозов - 0 - 9
Тема для размышлений.
сегодня в 14:54 - Иван Морозов - 0 - 11
Неравноценный обмен
сегодня в 11:54 - Дмитрий Шнайдер - 0 - 13
Дом без любви
сегодня в 11:53 - Дмитрий Шнайдер - 0 - 12
Мрази
сегодня в 11:53 - Дмитрий Шнайдер - 2 - 16
Кулинарные рифмы. Картофельное пюре.
Кулинарные рифмы. Картофельное пюре.
вчера в 19:41 - frensis - 0 - 11
Жаба в канаве
вчера в 18:03 - Артем Квакушкин - 1 - 45
Закон - что дышло...
вчера в 16:23 - Иван Морозов - 0 - 17
Дом для выбора
Дом для выбора
вчера в 15:39 - Сергей Лысков - 0 - 14
история
Бусы из морских камушков, белого цвета
Бусы из морских камушков, белого цвета
вчера в 15:35 - Сергей Лысков - 0 - 34
история 
Мама для Джейн, Кайт и Евы
Мама для Джейн, Кайт и Евы
вчера в 15:33 - Сергей Лысков - 0 - 9
история
Цой, жив!
Цой, жив!
вчера в 15:32 - Сергей Лысков - 0 - 12
история
Голос сердца.
вчера в 14:37 - Иван Морозов - 0 - 14
КРЕЩЕНИЕ
вчера в 13:10 - Неверович Игорь - 0 - 13
АХ, БЕРЁЗОНЬКА БЕЛАЯ...
вчера в 12:48 - Неверович Игорь - 0 - 11
ГЕРОИКА
вчера в 11:13 - Неверович Игорь - 0 - 15
Клубы
Рейтинг — 391235 11 участников
Рейтинг — 179300 10 участников

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования